Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

К вопросу о развитии кустарного кружевного промысла в Рязанской губернии.



После Вологодской и Орловской губерний, вырабатывающих ежегодно кустарных кружев — первая на 2.306.850 рублей и вторая на 1.454.555 р., Рязанская губерния занимает по производству кустарного кружева в России третье место. *) См. "Женские промыслы", изд. гл. упр. земл. и земл., 1913 г.

По последним опубликованным сведениям в Рязанской губернии изготовляется кружев ежегодно на 446.692 р. 50 к., при чем надо полагать, что цифра эта значительно преуменьшена.

Такое крупное производство, зародившееся испокон веков, неизвестно — когда и почему, при каких условиях, само по себе, стихийно, переходившее от одного сословия к другому (от купеческого к мещанскому и затем, к крестьянскому), никем и ничем не регулируемое, предоставленное в развитии самому себе, находить оправдание к нему интереса и признания за ним известной ценности в самом факте своего существования. Раз оно существует, растет, развивается без всякой помощи извне, значит, оно кому-то и чему-то нужно, значить, нельзя его игнорировать (как это делалось долгие годы), нельзя, взвешивая и оценивая экономическое благосостояние нашего края в связи с его производительностью, пройти милю, не замечая.

До 1880 г. никто, кроме местных жителей, не знал о существовании кружевного промысла в Рязанской губернии. Никто им не интересовался, хотя он существовал уже давно, предоставленный самому себе.

Исследования, произведенные в 1880 г. С. А. Давыдовой, по поручению министерства государственных имуществ, дали следующие цифры: 7 726 кружевниц (в трех главных районах губернии) изготовляли 4.128.914 арш., разного кружева, имея годовой оборот в 462.945 руб., включая сюда и процентную прибыль торговок и скупщиц.

Если мы сравним эти цифры с полученными в 1912 г. при исследовании кружевного промысла в губернии, то увидим следующее: в 1880 г. 7.726 кружевниц вырабатывали изделий на сумму 462.945 р., в 1912 г. 13.042 кружевницы выработали изделий на сумму 446.692 р. 50 к., т.е. за эти 32 года число кружевниц увеличилось на 5.316 человек, а годовой оборот их уменьшился на 16.252 р. 50 к.

*) По данным переписи кустарей, произведенной Рязанской губ. земской управой в 1912 г., кружевной промысел представляется в следующем виде.

Кружевной промысел. Занято промыслом

Касимовский уезд: 1 селение; 1 хозяйство; 1 чел.
Михайловский уезд: 36 селений; 4799 хозяйства; 10103 чел.
Раненбургский уезд: 35 селений; 653 хозяйства; 979 чел.
Ряжский уезд: 2 селения; 2 хозяйства; 2 чел.
Рязанский уезд: 6 селений; 595 хозяйств; 1234 чел.
Скопинский уезд: 67 селений; 1 300 хозяйств; 2302 чел.
По губернии: 147 селений; 7 348 хозяйств; 14621 чел./strong>

Что же показывают нам эти цифры? Падает промысел или развивается? Или остается в одном и том же положении?

С. А. Давыдова, первая исследовательница кружевного промысла еще в 1880 г., относит в настоящее время "кажущееся при этом несоответствие полученных вычислений всецело к упадку качества кружев, а вместе с тем и к уменьшению заработка кружевниц" (см. "Женские промыслы", изд. гл. упр. земл. и земл., 1913 г., стр. 64).

Мне кажется, что здесь простое недоразумение, как мы это и увидим дальше при внимательном рассмотрении полученных цифр. Промысел кружевной несомненно развивается, упадок же качества кружев, как мы увидим также далее, не всегда ведет к понижению заработка и к общему упадку производства.

Рассмотрим кружевной промысел Рязанской губернии несколько ближе и сравним исследования 1880 и 1912 г.г.

Главными кружевными центрами остались, как и в 1880 г., Рязанский, Михайловский и Скопинский уезды, с тою разницею, что они между собой переместились и, по количеству занятых промыслом рук, идут в другом порядке: Михайловский, Скопинский, Рязанский.

В Рязанском уезде промысел видимо падает. Стремление к падению было замечено еще в 1880 г. С. А. Давыдовой, когда она сообщала о том, что, по рассказам кружевниц и по остаткам старинных узоров, "кружево лет 20 тому назад было куда лучше" (след., около 1860 г.).

Плетением кружева в Рязани было занято население в 2-х частях города и в 5-ти слободах.

В 1880 г. 2.603 кружевницы имели годовой оборот в 147.395 р., в 1912 г. 1.183 кружевницы имели годовой оборот в 40.813 р. 50 к., т.е. на 106.581 р. 50 к. менее против годового оборота этим товаром в 1912 г.

Здесь нас интересует вопрос: действительно ли понижение заработка вследствие упадка качества кружева могло так сильно повлиять на падение промысла? Нет ли еще и других причин, и какие они?

В 1880 г. С. А. Давыдова писала: "Все вздорожало; только цены на кружево, несмотря на значительно увеличившейся спрос, возвышались очень мало. Наступил 1876 г., а с ним мода на русское кружево получила небывалые размеры. Требования росли не по дням, а по часам. Но торговки находили выгоднее иметь дешевое кружево, хотя бы и худшего качества, но в наибольшем количестве».

Отсюда мы можем сделать предположение, что ухудшение качества кружева не так уж сильно влияло на падение промысла: плохое, дешевое кружево было самым ходовым товаром. Это же явление мы можем наблюдать сейчас в Михайловском уезде, где качество кружева находится в обратной пропорции к его количеству. А там промысел явно развивается, захватывая постепенно все большей район, качество же кружевного товара, если даже и не падает ежегодно, то остается вообще очень плохим. Но, удивительное дело! Куда-то уходит это плохое кружево, кому-то оно нужно, и спрос на него остается постоянным.

В Рязанском уезде факт, действительно, налицо: и кружевные изделия ухудшились, и заработок уменьшился настолько, что стало невыгодным заниматься кружевоплетением. Но не лежит ли причина глубже, и не надо ли искать ее в сильно изменившихся экономических условиях? Несомненно, на первом месте стоит влияние "города", дающего всегда более легкий и заманчивый заработок, затем, общее тяготение к городам, крестьянской молодежи, отрывающейся от земли с более легким сердцем, нежели это делали матери и отцы, стремление на фабрики, в Москву, а, главное, отсутствие задерживающих дома интересов, при легком способе передвижения, затруднительном еще так недавно.

Благое начинание Рязанского губернатора Д. П. Кладищева в восьмидесятых годах окончилось ничем. Благодаря его ходатайству, министр М. Н. Островский нашел полезным назначить художницу, знакомую с техникой плетения кружев, в г. Рязань для того, чтобы обучать в народных школах улучшенным приемам этой работы. Предпринятое, таким образом, совершенствование местного промысла пошло очень успешно, но, с оставлением Д. П. Кладищевым своей должности в г. Рязани, дело это не получило должного развитая и, наконец, совершенно заглохло. Факт этот стоить того, чтобы на нем несколько остановиться. Приходится от души пожалеть, что предприятие Д. П. Кладищева не нашло поддержки своевременно. Конечно, оно не смогло бы оказать достаточного сопротивления слагавшимся заново экономическим условиям края и изменению в развитии промысла, но оно могло бы, вероятно, способствовать перемещению промысла из пяти слобод, окружающих г. Рязань, в глубь уезда, а это было бы чрезвычайно важно для развитая промысла. Произошло бы то, что сейчас мы видим в Михайловском и Скопинском уездах, и чему нельзя не порадоваться. Там промыслы становятся крестьянскими из мещанских.

Задержать влияние "города" на пригородные сословия и растущих соблазнов передвижения по железным дорогам не смогут никакие преграды.

Современная жизнь, в особенности же городская, идет слишком быстрым темпом, чтобы изменять ее такими скромными средствами, как приглашение художницы и т. п., но помогать по деревням и селам умерить этот темп и скрасить его подсобным заработком — это пока еще в нашей власти. В этом деле помощи, несомненно, первенствующее место принадлежит земским учреждениям, которые одни только могут сделать это в широких размерах, опираясь на правительство.

В Михайловском у. кружевной промысел развивается.

В 1880 г. он был также сосредоточен в городе и близ лежащих 14-ти селениях, но с тех пор он пошел в глубь уезда, захватив в настоящее время 6 волостей с 34-мя селениями, слободами и выселками.

В 1880 г. было 3.775 кружевниц, имевших годовой оборот в 136.186 рубл. В 1912 г. было 8.762 кружевницы имевших годовой оборот в 276.003 рубл.

В 1880 г. изделия михайловских кружевниц не шли далее Москвы и Тулы. В настоящее же время они обслуживают юг России, идут в Сибирь, Константинополь и Персию. Такому значительному распространению, казалось бы, должно соответствовать и улучшение техники. Ничуть не бывало. Техника михайловского кружева очень примитивна, количество рисунков очень мало разнообразно, заработная плата чрезвычайно скромна (не превышает 25-ти рублей в год), и, несмотря на все это, промысел не только не падает, но развивается!

В Скопинском уезде техника кружевных изделий постепенно улучшается.

В 1880 г., по исследованиям С. А. Давыдовой, было 1.448 кружевниц, имевших средний ежедневный заработок 23 9/14 коп. и годовой оборот в 129.332 р. 80 к.

По исследованию 1912 г., 2.244 кружевницы (городские и деревенские) имеют всего 100.980 р. годового оборота, при чем вычисление было сделано так: 2.244 кружевницы с средним заработком в 30 р. дают цифру 67.320 р.; к этой сумме прибавлено 50% прибыли торговок, что и составляет 100.980 р.

Здесь — видимое недоразумение, которое легко выясняется при близком рассмотрении произведенных вычислений.

В 1880 г. С. А. Давыдова исчисляла заработок 1.448 кружевниц, без процентной (50%) прибыли торговок в 86.332 р., т.е. средний заработок одной кружевницы (86.332: 1448) приблизительно в 59 р. с коп.; при этом исследовательница сама разделила кружевниц на две категории: одну категорий — кружевниц, работающих круглый год и другую — работающих 8 месяцев. Для этих последних С. А. Давыдова исчисляла годовой заработок в 40 р. Следовательно, если бы с 1880 г. заработок скопинской кружевницы совсем даже не увеличился (на самом же деле он повысился), то и тогда 2.244 кружевницы имели бы, вместе с % торговок, годового оборота (2244Х40)+50% прибыли — 133.640 р. На самом деле, конечно, такой расчет тоже был бы не верен. Правильнее было бы разделить кружевниц опять на две категории и сделать такого рода вычисление.

Беря из исследований С. А. Давыдовой годовой заработок скопинских кружевниц, работавших круглый год, в 60 р., а заработок деревенских кружевниц в 40 р., получили бы в 1880 г.:

1224 кружевницы г. Скопина, по 60 р. — 73440 р.
224 кружевницы по дер. и селам, по 40 р. – 8960 р.
50% прибыль торговок с общей суммы (73.440+8.960) – 41200 р.
вместо указанного оборота в 129.332 р. 80 к. – 123 600 р.

Производя те же вычисления над увеличившимся количеством кружевниц и соответственно данным, полученным в 1912 г., мы получили бы:

1224 кружевницы г. Скопина, по 60 р. — 73440 р.
796 кружевниц деревенских, по 30 р. – 23880 р.
50% прибыли торговок с общей суммы (73.440 + 23.880 р.) — 48440 р.
Итого — 145760 р.

Следовательно, годовой оборот кружевниц Скопина и уездных сел и деревень увеличился с 1880 г. даже в том случае, если мы предположим, что количество городских кружевниц не увеличилось, заработок их остался тот же, что и в 1880 г., а заработок деревенских плетей понизился с 40 на 30 руб.

С этими двумя последними цифрами мне вообще трудно помириться, т. к. по опыту за 20 леть мне известно, что 1) заработок в уезде, по общему признанию кружевниц и торговок, значительно повысился; 2) кружевницы наших мастерских зарабатывают разно, но заработок колеблется между 12—50 р. и в редких случаях превышает 50 р. в год.

Таким образом, вся ошибка в вычислениях заработка скопинских кружевниц и их годового оборота должна быть отнесена к цифре 30 р., взятой без различия для кружевниц, работающих 12 месяцев в году и работающих 8 месяцев. Ошибка эта, к сожалению, при подсчете повлияла на общую сумму годового оборота кружевниц Рязанской губернии, которая должна была бы равняться не 446.692 р. 50 к., а, по меньшей мере, составить более 1/2 миллиона рублей.

Что касается общей цифры кружевниц в 2.244, то она мне кажется значительно преуменьшенной, во всяком случае не точной по отношению к приросту кружевниц в глубине уезда, где мне приходилось иметь с ними дело. Когда Екатерининская школа, ныне переведенная в с. Покровское-Гагарино, Измайловской волости, помещалась в г. Скопине, то приходящих из деревень и сел (часто за 20—30 верст) кружевниц было более 800 человек, скопинских же мещанок — не более 10—12-ти. Куда же девались, все эти кружевницы, вместе с переводом школы из г. Скопина, ныне, очевидно, сбывающие своя изделия через торговок?

Неточность цифры, показывающей количество кружевниц в Скопинском уезде в настоящее время, объясняется чрезвычайною трудностью собирания сведений среди кружевниц. Мне лично известно из рассказов кружевниц деревни Казначеевой, как, при проезде лиц, собиравших сведения, они прятали свои подушки с кружевом в подвалы, лишь бы их не "записали".

Страх перед записью еще до сих пор так велик, что, когда А. Смирнова (ныне умершая) — бывшая учительница Екатерининской школы, — желая для порядка урегулировать число приходивших к ней за работой баб, пробовала давать им "нумерки", то они всячески обманывали ее, лишь бы избавиться от, номера, так как, терроризованные скупщицами, были уверены в том, что А. П. Смирнова записывала их на "зубастовку". Об этом трагикомичном явлении, повторявшемся из года в год под разными видами, я несколько раз докладывала в своих отчетах отделу сельск. экон. и с.-х. стат., в особенности подробно тогда, когда дальнейшее существование школы кружевниц в г. Скопине стало явно невозможно, благодаря дружной агитации скопинских торговок, всецело завладевших кружевницами.

Это огромное зло, которое впервые еще отметила в 1880 г. С. А. Давыдова, не перестает тяготеть над бедными скопинскими кружевницами и сейчас. Здесь мы встречаемся с примером захвата кустарей в свои сети едва ли не единственным по своей силе.

Тем не менее, отдавая должное по справедливости, следует заметить, что скопинские скупщицы в свое время принесли большую пользу развитию кружевного промысла, главным образом, в то время, когда переезд по железной дороге быль более затруднен, нежели теперь. Несмотря на огромный процент (60 и более), который скупщицы брали и берут за свои труды с бедных кружевниц, они делали свое дело хорошо и распространяли скопинские кружевные изделия там, куда без них они бы не попали.

Но в настоящее время, когда центр тяжести кружевного производства переместился из города в деревни, в глубь уезда, скупщицы представляют элемент зловредный, при том же совершенно излишний.

Рассмотрев цифровые данные, касающиеся кустарного производства кружев в настоящее время в Рязанской губернии в трех ее главных центрах, мы видим, что промысел несомненно развивается в двух центрах — Скопинском и Михайловском у. у. — и падает в Рязанском; при этом надо заметить, что развитие производства кружев в Михайловском уезде идет, как известно, без всякого участия, как со стороны земства, так и частных лиц.

Кружевной промысел Рязанской губернии имеет безусловную будущность.

Кружево всегда было и будет нужно, на перекор убежденным противникам кустарных промыслов и эксплуатации народных сил в таком бесполезном труде, как кружевоплетение. Кружево есть предмет роскоши, но роскоши художественной, а кружевное производство принадлежит к промыслам художественным. Кружево нужно в равной степени для женщин всех классов: вот чем объясняется массовое распространение плохого кружева на нашем внутреннем рынке, 5-ти миллионный оборот с товаром, большею частью, дешевым и плохого качества. Вот почему нельзя, да и не следует, засадить наших кружевниц делать кружево только дорогое и изящное, только для привилегированных сословий.

Напротив, необходимо всегда иметь на рынке дешевые сорта для бедных классов, но при этом нужно сделать так, чтобы цена, затраченная бедняками на предмет роскоши, соответствовала его качеству, чтобы крестьянская щеголиха, покупающая сейчас фабричное 5-ти копеечное кружево, а сама работающая на "господ" 3-х рублевое, могла также иметь для себя хорошее кружево, не только доступное ей по цене, но и выгодное в смысле прочности. Каждая кружевница знает, что ручное кружево выдержит несколько машинных.

Наше кружево пока еще не служить предметом организованного вывоза за пределы России, между тем, по всем признакам, оно, несомненно, займет почетное место на заграничном рынке, и тогда 5-ти миллионный оборот должен по крайней мере удвоиться. Постоянно возрастающий интерес к России и обращенные взоры Запада на Восток *) (В Германии все чаще раздаются голоса ученых, утверждающих, что западная орнаментика уже вся использована Европой, и что обновление стилей надо ожидать с Востока) от которого он ждет обновления, — все это заставить нас постепенно увеличивать наше кружевное производство.

Рязанское кружево имеет все шансы на то, чтобы завоевать себе всемирный рынок, не боясь конкуренции любого другого кружева, но для достижения полного расцвета кружевной промышленности необходимо важное условие — упорядочение всего производства. Но выполнение этого главного условия для подъема кружевного промысла Рязанской губернии не под силу ни частным лицам, вследствие обширности захваченной этим производством территории, ни правительству, не имеющему возможности, за отдаленностью центральных учреждений, уследить за правильным ходом развитая промысла. Только местный силы, только Рязанское земство (с помощью правительства) способно выполнить такую большую задачу, как поднятие кружевного промысла, играющего важную роль в экономическом благосостоянии губернии.

Постараемся рассмотреть, хотя бы совсем вкратце, каким образом можно было бы поднять кружевной промысел в Рязанской губернии.

Для этого необходимы: 1) прежде всего цельность определенного плана поднятая и развитая промысла, 2) систематическое проведение этого плана в жизнь, но не всюду в одинаковой мере, а строго последовательно и соответственно местным условиям существования различных кружевных центров.

Цельность определенного плана должна быть основана: а) на признании безусловных преимуществ национального народного творчества перед навязываемыми русскому народу чуждых ему элементов творчества; б) на беспрерывной заботе о художественно-технической стороне производства, которое дает могучий рост только на почве свободного развитая его художественной стороны; в) на самом тщательном соблюдении экономических интересов производителей промысла.

Систематическое проведение этих принципиальных основ развитая кустарного кружевного производства не может быть одинаково для всех уездов Рязанской губернии, а потому оно должно быть обосновано целым рядом мер, выработанных для каждого кружевного района отдельно. Что хорошо для одного центра, то не годится для другого, и — обратно. Следовательно, прежде всего должны быть хорошо изучены местный условия различных кружевных районов.

I.

а) Художественная сторона промысла.

Наши музеи, а также и частные коллекции дают великолепный материал для наглядного изучения национального народного творчества. Рязанская губерния в этом отношении занимает одно далеко не из последних мест. Остатки родной старины, в виде рязанских кружев, разбросанных по разным местам, представляют в данном случай для нас совсем особенный интерес.

Когда-то великолепное по технике и рисунку рязанское кружево заметно отличалось от кружев других мест России, и только за последнее время оно смешалось с кружевом как соседних, так и дальних, губерний, все же сохраняя во многом еще свои характерные черты.

Для развития художественной стороны производства необходимо:

1) Собрать повсюду имеющиеся остатки рязанского старинного кружева, если не в оригиналах, так, по крайней мере, в фотографиях, или хороших копиях, для помещения в Рязанском кустарном музей губернского земства.

2) Устраивать ежегодные конкурсы на новые рисунки для кружев среди кружевниц, а также среди их руководительниц — бывших крестьянок-кружевниц.

Подобные конкурсы дают поразительные результаты. Я знаю по опыту, что после каждого такого конкурса, предпринимаемого мною среди мастериц наших скопинских школ, мы обогащались новыми красивыми образцами кружев, неизменно входившими в наши альбомы и обращавшими на себя внимание заказчиц. На съезде художников в С.-Петербурге в 1911г. мною было обращено внимание членов съезда на бьющие живым ключом творческие способности наших кружевниц в области созидания орнамента. Доклад этот должен появиться в печатающихся "Трудах съезда".

3) Нужно всячески поощрять и лелеять выдающиеся таланты кружевниц, предоставляя этим последним свободно развиваться посредством постоянно вновь даваемых им заказов на составление новых рисунков.

4) Устраивать для всех желающих кружевниц экскурсии (на Пасхе или летом): а) в Рязанский кустарный музей, б) на кустарные выставки своей и соседних губерний, в) в места других кружевных центров.

Пример последних экскурсий мне пришлось видеть в школе М. Н. Симанской (в г. Острове, Псковской губ.), которая возила учениц своей вышивальной и ткацкой школы не только в Псков, но (пользуясь льготным проездом) и в Тульскую и Рязанскую губернии, — в места, где существует вышивальный промысел.

5) Иметь двух стипендиаток в Петербурге: одну в Мариинской школе кружевниц, другую в школе народного искусства с тем, чтобы талантливейших из них удерживать при кустарном музее для составления новых рисунков в старинном "рязанском" стиле. Обидно наблюдать, как способнейшие из учениц Мариинской школы, поражавшие художников и специалистов легкостью и смелостью компановки рисунков, становились заурядными учительницами кустарных кружевных школ, где, за неимением свободного времени и перегруженные непосредственными своими учительскими обязанностями, они постепенно утрачивали свои творческие способности. Если бы Мариинская школа имела достаточно средств, то, несомненно, она оставляла бы выдающихся учениц при школе для подготовки их на службу в земствах и при различных кустарных музеях империи.

6) Вводить постепенно в местах кружевного производства в народные земские школы обязательный краткий курс кружевоплетения для девочек.

Подобная мера в 1903 г. была принята во Франции, общественные деятели которой добились рассмотрения этого вопроса в парламенте. Последствием этого в 1903 г. явился закон, по которому в женских школах было введено обязательное обучение техническим приемам кружевного производства. При вотировании этого закона была произнесена известная фраза: "дельная организация и покровительство женским работам есть половина разрешения социального вопроса".

7) Для проведения подобной меры в Рязанской губернии необходимо назначать для учительниц как народных, так и кустарных школ, бесплатные (шестинедельные) курсы плетения кружева в г. Рязани, где все учительницы, желающие воспользоваться такими курсами, имели бы возможность, помимо знакомства с техническими приемами, видеть великолепные образцы старинного рязанского кружева, а также ознакомиться и с другими предметами народного творчества, дабы, вернувшись домой, способствовать развитою художественного вкуса в своих ученицах.

8) Для ведения курсов для учительниц нужно приглашать два лица: одно —исключительно для преподавания техники кружевоплетения (для этого годятся даже малограмотный кружевницы), другое — для чтений в общедоступной форме по вопросам художественным. Курсы по кружевоплетению устраивались в Вологде губернскою земскою управою.

б) Техническая сторона промысла.

9) Для усовершенствования техники кружевниц необходимо иметь разъездных инструкторш, которые могли бы на ходу давать объяснения и советы кружевницам. Такие инструкторши должны быть приготовляемы в инструкторской кружевной школе, достаточной в единственном числе на всю губернию. План обучения инструкторш должен быть строго обдуман во всех деталях, согласно имеющемуся в распоряжении богатству художественных "рязанских" образцов народного творчества.

10) Для развития кружевной техники школ кружевниц достаточно 2—3 на один уезд, да и то не везде. К устройству школ нужно вообще относиться довольно осторожно, так как бывают случаи (Михайловский уезд), где они могут быть даже вредны для развитая производства.

11) В большом количестве нужны мастерские. Под мастерской я разумею помещение светлое, чистое, в 10x12 аршин, по возможности, с правильным освещением. Такая мастерская (по возможности, в каждом селе и деревне) должна иметь руководительницей одну старшую мастерицу, окончившую инструкторскую школу, знающую технику кружевоплетения в совершенстве. Мастерские необходимы для кружевниц в виду их плохого жилья и отсутствия каких бы то ни было указаний, а также полного неимения хорошего материала. Вследствие этого последнего обстоятельства, весьма важного в кружевном производстве, мастерские должны быть непременно снабжены нитками разных сортов и другим материалом для плетения.

12) Необходимо строгое разграничение особенностей кружев, свойственных различным районам производства. Наши 3 главные центра кружевного промысла Михайловский, Скопинский и Рязанский у.у. — имеют каждый отличительные черты. Эти черты надо заботливо поддерживать в кружевницах, чего можно достигнуть только специальной подготовкой для них инструкторш.

13) Нужно следить за учительницами, чтобы они умели сохранять характерные особенности рисунка, сбившегося и исчезающего благодаря плохой технике. Они должны суметь возродить каждый затрепанный рисунок, сделать его опять красивым и пригодным для каждого покупателя, даже самого избалованного. До сих пор наши учительницы, общий источник получения которых составляет Мариинская школа кружевниц в С.-Петербурге, — обыкновенно, молодые, весьма старательные и умелые — обладают хорошей техникой, но совершенно не умеют различать кружево по губерниям, так как они приготовляются в школе вообще в учительницы кружевоплетения, а не специально для известной местности. Вследствие этого, поступая в незнакомое и далекое от их родины место, они, увлекаясь своим делом, стараются немедленно при поступлении в школу ввести наилучшие образцы кружев, изученные ими в Мариинской школе. Этому обстоятельству обязано в значительной доле смешение стилей наших кружев, что не всегда выгодно с чисто торговой точки зрения.

в) Экономическая сторона промысла.

14) Для правильного сбыта кружев необходимо иметь главный склад в Рязани и отделения в уездных городах.

15) Посредницами между кружевницами и уездными складами могли бы быть инструкторши — разъездные и постоянные — заведующие мастерскими, с жалованьем 10—12 р. в месяц.

16) Между уездными и губернским складом посредницы не нужны, но необходима тесная и живая связь.

17) Все заказы должны сосредоточиваться в губернском складе, где знающее лицо, знакомое с отличительными характерными чертами производств различных районов, могло бы распределять заказы, не нарушая общего плана выработки чисто рязанских кружев.

18) Во всех складах должен быть открыт широкий кредит в получении материала.

До сих пор получение ниток является самым больным местом в кружевном промысле. Хорошую льняную нитку можно иметь только с Костромской льняной мануфактуры. Но фабрика эта отпускает нитки только пудами, приобретете которых всегда сопряжено с большими затратами. Даже наши школы (скопинские) не всегда имеют возможность получить нитки вовремя, и обстоятельство это ложится тяжелым бременем на бюджет школ. Тем более тяжело кружевницам самим приобретать материал. Снабжением кружевниц нитками и булавками могли бы заведывать инструкторши под контролем уездных земских складов.

19) Применение коопераций в кружевном производстве требует специального изучения условий таковых возникновений, в виду большого участия несовершеннолетних кружевниц в этом промысле.

20) В интересах сбыта нужно: для русского потребителя делать изредка (только по заказу) иностранное кружево; для иностранного же рынка всегда выгодно исполнять характерное, чисто русское, кружево.

II.

Особенные меры, необходимые для развитая кружевного промысла.

"Бессколочное" кружево, изготовляемое в Михайловском уезде, есть остаток еще недавнего весьма значительного производства других сортов кружев в этой части Рязанской губернии. Ни один из уездов, пожалуй, не быль так богат кружевом, отличавшимся красотою рисунка и техники. Мне приходилось уже писать об этом своеобразном и интересном "численном" плетении кружева и сравнивать бессколочное михайловское кружево с русскою песнею, которую необходимо записать.

По моему глубокому убеждению, в настоящее время, пока, не нужно создавать в уезде ни одной школы, и вот почему. Михайловское кружево представляет едва ли не единственный пример, в высшей степени поучительный, самосозидания на наших глазах художественного промысла без всякого вмешательства извне. Этот промысел — чисто народный и для народа. Изделия михайловских кружевниц не нужны избранному покупателю, зато они в массе идут для украшения женских одежд у себя и на юг России, а также в Персию и Константинополь. Если в Михайловском уезде, на местах производства, сейчас выстроить школу, то, пожалуй, можно погубить весь промысел, во всяком случай сильно изменить его своеобразную физиономию. Всякая школа сейчас внесет непременно элемент, чуждый промыслу. Во-первых, нет ни одной готовой учительницы, которая знала бы технику плетения михайловского кружева. В этом мне пришлось убедиться лично. Во-вторых, всякая школа немедленно начнет приспособлять михайловских кружевниц к изящному плетению, т.е. к другого сорта покупателю, на интеллигентный манер. А нужно ли это? Скорее — нет, нежели да. Михайловское кружево представляет такое яркое, оригинальное явление, что, вмешиваясь в интересы промысла с целью изменить его направление, надо долго и много сначала подумать, чтобы не испортить всего дела. Это есть детище, с которым следует обращаться в высшей степени нежно и заботливо.

Насущнейшей задачей для Михайловского уезда является следующее.

1) Собрать образчики всех, имеющихся в обращении, кружев, даже самых незатейливых и простых.

2) Проследить пути сбыта и значение скупщиц — этих гончих, обладающих удивительным чутьем. Со скупщицами нужно поступать очень обдуманно и, прежде всего, выяснить вопрос: желательно ли устранить их совершенно от посредничества? Или только дать им другую окраску?

Скупщицы, как известно, находят рынок, а так как в данном случае, рынок совсем особенный, (ибо какому городскому покупателю нужна ярко-пестрая, некрасивая тесьма?), то устранение этих ищеек может сильно повредить сбыту.

3) Прежде чем что либо предпринять существенное для развитая михайловского кружевного производства, необходимо узнать нужды кружевниц и степень зависимости их от скупщиц.

4) Единственное, с чем необходимо поспешить, — это дать возможность кружевницам получать хороший материал. Да и то, чтобы не повредить делу, надо делать это осторожно, т. к. выбор материала всегда влияет на цену кружева, а следовательно, и на его сбыт.

5) Если завести школы, то характер изделий немедленно измениться, переменится тотчас же и потребитель: вместо баб покупательницами станут дамы. Но не достаточно ли для этих последних всех других сортов кружева? Нельзя ли оставить и бабе что-нибудь?

Что нужно для скопинских кружевниц.

1) Необходимо изготовлять кружево для всех классовъв равной степени хорошее.

Кроме высоких, дорогих сортов кружев, надо изготовлять всякое, на вкусы разных покупателей. Боже сохрани понастроить школ и выделывать везде только изящные, дорогие кружева (к чему именно стремится каждая школа)! Это значило бы превратить кружевниц в машины, а весь промысел в капиталистическую форму производства. Это значило бы отнять у кружевниц свободу творчества, т. к. они совершенно не способны усвоить себе потребности утонченного вкуса наших модниц и могут исполнять их заказы только машинально

2) Для поднятия техники плетения не всегда нужна школа: опыты, делаемые мною постоянно, показали наглядно, как можно, не затрачивая большого количества времени, нежели то, которое употребляется нашими неучеными кружевницами для выработки данного сорта кружева, не изменяя его характера и рисунка, сделать в то же время то же самое кружево лучше, и дать при этом кружевниц двойной заработок.

3) Характерные для скопинских кружевниц кружева ("гипуры", "вьюны" и проч.) сохранять в целости, приспособляя их ко вкусам разных потребителей, т.е. иметь одно и то же кружево на разные цены, в зависимости от материала, размера и техники исполнения.

4) Освободить скопинских кружевниц, главным образом, живущих в городе, от скупщиц. В данном случае с этими последними церемониться совсем нечего. Рынки для сбыта скопинских кружев известны, известны также и алчные аппетиты скупщиц: нигде, ни в одном центре кружевной промышленности в России, работницы не находятся в такой кабале у скупщиц, как в г. Скопине. Факт этот замечен был еще в 1880 г. Освободиться от этого зла очень трудно. По личному опыту знаю, что борьба против захвата торговками в свои цепкие лапы скопинских кружевниц отняла у меня много сил. Думая легко справиться с ними и даже победить их, я, открывши школу и склад кружев в Скопине, испытала на себе в течение 3-х лет непобедимую силу этой орды. В конце концов скупщицы задушили школу, не допустив в нее учиться ни одной скопинской кружевницы. Пришлось сдаться и перевести Екатерининскую школу в глубь уезда, в с. Покровское. В настоящее время, полагаю, только земство может справиться с таким многоголовым чудовищем, как скопинские торговки, но ни в каком случае не частное лицо.

5) В уезде необходимы мастерские на подобие Борисовской и Екатерининской, хотя бы даже и в меньших размерах. Заказы можно исполнять только в светлых, чистых помещениях, иначе приходится от них отказываться, что очень убыточно и неизбежно вредит кружевницам.

6) Одна из трех, существующих в уезде, школ могла бы приготовлять инструкторш для всей губернии. Сейчас единственной доставщицей учительниц по кружевоплетению на всю Россию является Мариинская школа в С.-Петербурге, не успевающая удовлетворять спрос. В Борисовскую скопинскую школу уже было несколько случаев обращения из других губерний (Владимирской, Казанской и др.) о принятии учениц для подготовки к деятельности учительниц по кружевоплетению.

Лучших учениц инструкторской "рязанской" школы можно было бы отправлять на короткое время в Петербурге для специальной подготовки и общего развития в художественном отношении.

7) Необходимо иметь при земстве дезинфекщонный аппарат для обезвреживания кружев в случае эпидемий. Такая мера принята в Темниковском уездном земстве при школе кружевниц, устроенной Е. Ю. Демидовой.

8) В скопинском складе кружев, устройство которого составляет насущную потребность кружевниц, должен бы быть открыт широкий кредит кружевницам и регулярная, немедленная уплата за изделия. Эта операция должна быть возложена на особое ответственное лицо, могущее следить за ходом исполнения заказов, знакомое в деталях с отдельными местами производства и имеющее непосредственные сношения с Рязанским губернским складом кружев.

Для развитая кружевного промысла в Рязанском уезде безотлагательно нужно:

1) Собрать все имеющиеся в обращении образцы кружев на рынке и среди кружевниц, с точным обозначением названий и цен. Поместить эти образцы в кустарном музей для руководства и надобностей учительниц кружевоплетения те из рисунков, которые имеют местные, отличительные черты, приспособить к кружевам дорогих сортов, не смешивая их ни со скопинскими, ни с Михайловскими кружевами.

2) Перенести центр производства в глубь уезда, построив для этого 2—3 школы кружевниц.

Для наиболее успешного проведения в жизнь всех выше намеченных мер, как общих, так и специальных для каждого района, желательно было бы подробно изучить экономические условия кружевного промысла всей губернии.

Специалистка по женским кустарным работам
при глав. упр. земл. и земл.

Ек. Половцова.

Публ.: «Вестник Рязанского губернского земства» № 2, 1914г.

0
 
Разместил: Референт    все публикации автора
Состояние:  Утверждено

О проекте