Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

М.К. Любавский - действительный член Рязанской Ученой Архивной Комиссии



В.А. Толстов

В 2006 г. на здании, где до революции работала Рязанская ученая архивная комиссия, была установлена мемориальная доска. На ней высечено имя и Матвея Кузьмича Любавского. На настоящий момент нет работ, где бы рассказывалось о связях М.К. Любавского с этим научным учреждением. Задача статьи состоит в том, чтобы, наконец, раскрыть эту неизвестную страницу, важную как для пополнения биографии М.К. Любавского, так и для расширения наших представлений о деятельности Рязанской ученой архивной комиссии.

М.К. Любавский
М.К. Любавский

М.К. Любавский сотрудничал со многими провинциальными научными обществами. Он был членом Тверской (с 1904), Витебской (с 1909), Смоленской (с 1909), Тульской (с 1913), Нижегородской (с 1914), Псковской (с 1916), Полтавской (с 1916) губернских ученых архивных комиссий[1]. В своем курсе лекций 1929 г. «История архивного дела в России», подготовленных к печати, М.К. Любавский высоко оценивал вклад ученых архивных комиссий в архивное дело и разработку местной истории[2].

Первым научным обществом в провинции, членом которого стал М.К. Любавский, была Рязанская ГУАК. И это не было случайным.

До поступления в Московский университет жизнь М.К. Любавского была связана с Рязанской губернией. Здесь он родился 1 (13) августа 1860 г. в селе Большие Можары Сапожковского уезда. С 1870 по 1874 гг. обучался в Сапожковском духовном училище. С 1874 по 1878 - в Рязанской духовной семинарии. В годы обучения в семинарии он жил на Верхне-Ильинской улице в доме А. Четкиной - четвертом доме по правой стороне от начала улицы, шедшей от церкви Ильи Пророка.

Улица Верхняя Ильинская (ныне ул. Кремлевский Вал)
Улица Верхняя Ильинская (ныне ул. Кремлевский Вал)

Предложение избрать в члены-сотрудники комиссии М.К. Любавского возникло на заседании РУАК 20 января 1894 г.[3] Тогда он еще не был ни доктором истории, ни даже магистром. Устную рекомендательную характеристику к избранию, как значится в протоколе этого заседания, ему дал Степан Дмитриевич Яхонтов. Любопытно, что один ученик Ключевского давал характеристику другому ученику Ключевского (С.Д. Яхонтов обучался у В.О. Ключевского в Московской духовной академии). Документы не донесли до нас содержания этой характеристики (обычно рекомендательные характеристики были достаточно краткими), но то, что она была положительной, не подлежит сомнению, так как на следующем заседании - 10 февраля - М.К. Любавский успешно был принят в членский состав РУАК[4]. Причем, предложен он был в члены-сотрудники комиссии, а избран в действительные члены. К нему была применена поправка, действовавшая в комиссии с 1891 г., о том, что «лица, заявившие себя учеными трудами, могут предлагаться прямо в действительные члены, минуя звание членов-сотрудников». СД. Яхонтов мог знать его лично еще в 1874-1876 гг., когда они оба обучались (Яхонтов на четыре класса старше) в Рязанской духовной семинарии. Мог знать и опосредованно - через своего родного брата Петра Дмитриевича Яхонтова, который одновременно с М.К. Любавским поступил в семинарию и все годы учился с ним в параллельном классе[5].

М.К. Любавского в РУАК знали многие: в числе сотрудников комиссии были его бывшие семинарские наставники - Иван Ксенофонтович Смирнов (инспектор классов в семинарии)[6], Павел Иванович Алфеев (его учитель по Священному Писанию)[7], Александр Дмитриевич Ряжский (его учитель по латинскому языку и хоровому пению)[8], Петр Дмитриевич Павлов (член правления семинарии от духовенства, принимавший у Любавского один из выпускных экзаменов за 4 класс). Протоиерей И.К. Смирнов стоял у истоков основания комиссии, был в числе 15 членов-учредителей РУАК 15 июня 1884 г. В изданиях комиссии было опубликовано его исследование по истории церквей и икон Переяславля Рязанского ХIV-ХVIII вв.[9] А.Д. Ряжский помогал РУАК в экспертной оценке рукописных нотных книг ХVII-ХVIII вв., поступавших в ее архив от частных жертвователей[10]. П.Д. Павлов - отец всемирно известного физиолога - в 1889 г. пополнил коллекции историко-археологического музея РУАК произведениями храмовой резной деревянной скульптуры.[11] П.И. Алфеев, состоявший членом РУАК с 1889 г.[12], поместил в «Трудах» РУАК за 1894 г. заметку «К истории разработки рязанских архивов»[13], неоднократно жертвовал книги в библиотеку комиссии[14]. Он также внес вклад в этнографическое изучение Рязанского края: его перу принадлежали работы, опубликованные в «Рязанских епархиальных ведомостях» - «Народные сказания о чистых и нечистых животных», «Село Дегтяное, Рязанской губ. Спасского уезда. (Народные сказания о происхождении села)».

Многие деятели РУАК, как мы убедились, знали М.К. Любавского лично, поскольку они были его преподавателями, в памяти которых он, как один из лучших учеников и первый обладатель семинарской стипендии имени А.И. Кошелева, оставил самые добрые воспоминания.

М.К. Любавский тоже помнил о своей «малой родине» и земляках. «От земляка автора» - так звучит дарственная надпись на титульном листе одной из книг М.К. Любавского, преподнесенных в дар председателю Рязанской губернской ученой архивной комиссии С.Д. Яхонтову (ныне эта книга хранится в библиотеке ГАРО)[15].

В Рязанскую ученую архивную комиссию М.К. Любавский присылал книги, которые имели для него самого судьбоносный характер и обозначали определенные вехи в его биографии.

Опубликовав свою магистерскую диссертацию «Областное деление и местное управление Литовско-Русского государства ко времени издания первого Литовского статута», он в 1893 г. послал ее в библиотеку РУАК[16]. О ее поступлении было доложено на заседании РУАК 20 января 1894 г.[17] В том же году он защитил ее, став магистром истории.

В 1900 г. М.К. Любавский стал доктором русской истории. И опять счел своим долгом послать свою докторскую диссертацию «Литовско-Русский сейм», изданную в виде монографии в 1901 г., в дар землякам-рязанцам. О присылке М.К. Любавским этой книги в библиотеку РУАК было доложено на заседании комиссии 5 сентября 1901 г.[18] Подаренная книга успешно дошла в Рязань и пополнила библиотеку комиссии, что явствует из отчета о деятельности РУАК за указанный год[19].

Библиографии трудов М.К. Любавского, сколько-нибудь полной, пока не составлено. Остается открытым вопрос о публикациях М.К. Любавского в рязанской печати. В год избрания Матвея Кузмича в члены РУАК (1894) в местной газете «Рязанский листок» было опубликовано письмо в редакцию, подписанное «М. Любавский»[20]. Письмо было посвящено крестьянской колонизации пустующих земель в центральных регионах России, Сибири и на Кавказе и тому, как облегчить проблему малоземелья в Центральной России. На первый взгляд, тема весьма далекая от истории, а потому возникает сомнение, мог ли об этих вопросах писать М.К. Любавский. Однако при внимательном прочтении появляется все больше доводов в пользу того, что автором письма в редакцию был именно Матвей Кузьмич Любавский. Во-первых, автор письма демонстрирует специальные познания в истории. Он пишет о значении проезжих дорог в российской истории, служивших торговыми путями от одного населенного пункта к другому (вспомним утверждение его учителя Ключевского о том, что Россия - «страна, которая колонизуется», и его афоризм о том, что возникновению городов мы обязаны «большим дорогам»). Большие дороги в прошлом нужны были для того, чтобы, как пишет автор, «по ним удобнее производить торговлю на лошадях и прогонять всякий скот, а также удобнее ездить на почтовых лошадях, друг друга чтобы не стеснять... Но с проведением железных дорог назначение больших дорог кончилось». Их распашка поможет снять остроту вопроса о малоземелье в Центральной России. Во-вторых, свои доводы автор подкрепляет примерами из географии Сапожковского уезда Рязанской губернии (причем, знаком с ними детально, не понаслышке, приводя такие подробности, о которых не бывавший там человек знать не мог). М.К. Любавский родился и до 14 лет жил в Сапожковском уезде, а затем часто приезжал туда в отпуск к родным. Поэтому он был в курсе описываемых событий. В-третьих, история колонизации Руси и миграций древнерусских племен была одной из ведущих тем его научных изысканий. Если он знал историю этой темы, то наверняка имел представление и о современном состоянии проблемы миграции в России. Большие торговые дороги, пишет автор, потеряли свое былое значение. «Напр., большая дорога из Ряжска на Сапожок и из Сапожка на Спасск... Торговли здесь на лошадях не производится, почтовой езды очень и очень мало, а прогона скота тут никто никогда и не видел. А земля пропадает даром и притом сколько!... Большая же дорога из Ряжска на Сапожок и из Сапожка на Спасск тянется по Сапожковскому уезду на 60 верст, значит для целого уезда это около 350 десятин. ...Скажут в ответ мне, что к большой дороге на всем 50-верстном расстоянии примыкают разные общества, значит каждому обществу достанется по немногу и не из чего хлопотать. Скажу на это то, что есть общества, по земле которых большая дорога тянется на протяжении 10, 15, 12 и т. п. верст. Так, у Сапожковских пригородных крестьян тянется на протяжении 14 верст, значит, у этого общества прибавилось бы земли, по распашке больших дорог, почти на 70 десятин»[21]. И так по всей России. Этот способ поможет, считал автор, решить проблему уменьшения миграционных потоков крестьянского населения.

Деятели РУАК были в числе первых биографов М.К. Любавского. Иоанн Васильевич Добролюбов (1837-1905) поместил биографию Любавского в издаваемый им с 1897 г. отдельными выпусками «Библиографический словарь писателей и ученых, уроженцев (преимущественно) и деятелей Рязанского края», дойдя к 1901 г. до буквы «Н». Затем в 1910 г. С.Д. Яхонтов предпринял переиздание этой работы, где все выпуски были сведены в один том, доведя работу И.В. Добролюбова до конца. При составлении биографии М.К. Любавского для этого словаря за основу, как видно из списка источников, указанных в конце биографической справки, были взяты данные из энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона и дополнены сведениями из отчетов Московского университета за 1882, 1885,1894, 1895,1896,1898 и 1899 годы[22].

Связь Любавского с РУАК поддерживалась также посредством его учеников. Себе в магистранты он взял В.К. Никольского[23], который в годы обучения в Рязанской I мужской гимназии уже имел опыт исследовательской работы: собирал этнографический материал под началом своего учителя, члена РУАК Д .Д. Солодовникова, и к моменту поступления в Московский университет уже имел публикацию в «Трудах Рязанской ученой архивной комиссии»[24]. Работая под научным руководством М.К. Любавского над кандидатским сочинением «Рязанское соборное представительство при царях Алексее, Федоре и триархах», В. К. Никольский находился в постоянном контакте с Рязанской ученой архивной комиссией. Как плод этого сотрудничества в фонде РУАК в ГАРО отложилось дело на 37 листах - «Архивные материалы о выборах в земские соборы во второй половине 17 в. в Рязанском уезде с комментариями студента Московского университета В.К. Никольского»[25]. Председатель РУАК С.Д. Яхонтов предполагал поместить кандидатское сочинение В. К. Никольского, написанное под руководством М.К. Любавского, в очередном томе «Трудов Рязанской ученой архивной комиссии». Но в связи с начавшейся мировой войной издание «Трудов» приостановилось, поэтому указанный том опубликован не был. Видимо, этим объясняется недоразумение в библиографическом списке трудов В.К. Никольского, где данная публикация в «Трудах» РУАК указывается как свершившийся факт[26]. Это сочинение Никольского все же вышло в Рязани, но отдельным изданием. В 1917 г. оно было отпечатано в типографии Н.В. Любомудрова[27].

М.К. Любавский поддерживал связи с председателем РУАК С.Д. Яхонтовым, присылая некоторые свои книги лично ему. В Государственном архиве Рязанской области сохранились две книги из библиотеки С.Д. Яхонтова с автографами М.К. Любавского. Это «Лекции по древней русской истории до конца XVI в.» 1918 г. издания и «Образование основной государственной территории великорусской народности. Заселение и объединение центра» 1929 г. издания. На титульном листе второй книги М.К. Любавским написано «Ст. Дм. Яхонтову автор 1929 25/XII»[28], а чуть ниже уже своей рукой С.Д. Яхонтов указал: «получено в Ряз. тюрьме (дом-Зак) 1929 28/ХII». «Дом-Заком» в Рязани называли дом предварительного заключения (ДПЗ), где содержались заключенные до вынесения приговора. Дело в том, что в Рязани, как и по всей стране, 1929 г. стал годом разгрома краеведения. Бывший председатель РУАК С.Д. Яхонтов и бывший правитель дел комиссии И.И. Проходцов подверглись аресту и содержались в ДПЗ. С.Д. Яхонтов провел там 3,5 месяца: с 10 декабря 1929 г. по 21 марта 1930 г. Суд по делу «рязанских краеведов» состоялся 2 июня 1930 г. И.И. Проходцову был вынесен оправдательный приговор, С.Д. Яхонтову - обвинительный: ему было запрещено в течение 3 лет работать в архивных учреждениях. Приговор был достаточно мягким в сравнении с приговорами по аналогичным делам в других регионах России. 9 августа 1930 г. по так называемому «академическому делу» был арестован и сам М.К. Любавский[29].

Книга М.К. Любавского, полученная в рязанской тюрьме, вся испещрена пометами С.Д. Яхонтова. Это говорит о том, что, даже находясь в заключении, он продолжал интеллектуальную работу. Истинного ученого даже физическая несвобода не способна была отлучить от дела его жизни. Научная работа помогала на время забыться, абстрагироваться от ужасов тюремного заключения. Особенно тщательно С.Д. Яхонтов проработал те фрагменты книги, которые касались Рязанского княжества. На полях он выражал свое согласие и несогласие с отдельными утверждениями Любавского, делал записи со своими комментариями прочитанного, вносил свои дополнения, а по отдельным вопросам истории Рязанского княжества иногда и спорил с автором. Анализ этих помет на полях книги представляет научный интерес, ведь в Рязани к тому времени осталось не так много знатоков истории края такого уровня, как С.Д. Яхонтов.

Обратимся к карандашным записям С.Д. Яхонтова на книге М.К. Любавского.

Яхонтов выражал свое сомнение в том, что Рязань как славянский город возник «еще до утверждения здесь русских князей»[30], поставил напротив этого утверждения М.К. Любавского знак вопроса.

Много помет Яхонтова содержит та часть книги, где автор рассматривает, какие древнерусские племена принимали участие в процессе территориального расширения Руси на восток и заселении земель, занимаемых ранее финно-угорскими племенами.

Главную роль в северо-восточном направлении славянской колонизации финских земель М.К. Любавский отводил племени словен из Новгородской земли. В частности, новгородский «след» он увидел в названии Коломны -впоследствии служившей крайним форпостом Рязанского княжества на границе с княжеством Московским. Коломна рязанская, по словам М.К. Любавского, «напоминает Коломны, поставленные новгородскими словенами на реках Волхове, Ловати и Мете». Напротив этого утверждения С.Д. Яхонтов поставил на полях знак «нота бене» и написал «следовательно?»[31]. По всей видимости, С.Д. Яхонтов имел в виду, что, «следовательно», и Рязанскую землю затронула новгородская колонизация. Понятно удивление С.Д. Яхонтова по этому поводу, так как в устоявшейся историографической традиции, включая работы самих деятелей РУАК, не упоминалось об участии новгородских словен в заселении территории Рязанской земли (до М.К. Любавского главная роль в этом отводилась выходцам из Киевской и Черниговской земель). Далее С.Д. Яхонтов подчеркнул утверждение Любавского о том, что географические названия Северо-Восточной Руси «вообще насыщены новгородскими именами», а на полях написал: «Сблизить и Ряз[анские] земли по названиям»[32].

К этому главному потоку освоения Волго-Окского междуречья новгородскими словенами, писал М.К. Любавский, присоединилось колонизационное движение из Черниговской земли. «Стародуб на Клязьме и Стародуб Воцкий в Муромском княжестве являются повторением Стародуба Черниговского»[33], - писал он. С.Д. Яхонтов на полях добавил, что, помимо названных М.К. Любавским, Стародуб еще «есть в Ряз[анской] з[емле]». Привлекло внимание С.Д. Яхонтова (он поставил здесь восклицательный знак) и приводимое Любавским название города Ухорь в Ярославском княжестве[34], поскольку он сам родился в селе с таким же названием в Рязанской губернии.

Какова же была судьба коренного - финно-угорского - населения Волго-Окского междуречья (в частности, мещеры) после прихода славян в интерпретации М.К. Любавского? Автор утверждал, и эту фразу подчеркнул С.Д. Яхонтов чернилами, что оно никуда не делось, а продолжало жить национальными «островками» среди русского населения вплоть до XV - I половины XVI в., а в ряде случаев и позже[35]. В подтверждение он приводил перечень населенных пунктов в Московском и Нижегородском княжествах, сохранивших корень «мещер» в своих названиях[36]. С.Д. Яхонтов на полях дополнил этот список примером из топонимии Рязанской земли, написав: «Мещ[ерская] слобода на Проне Ряж[ского] у[езда]».

Особенно много подчеркиваний С.Д. Яхонтов сделал на тех страницах, что повествуют об участии монастырей в заселении рассматриваемой территории. М.Н. Тихомиров отмечал, что М.К. Любавский переоценивал значение монастырской колонизации[37]. Действительно, монастырской колонизации М.К. Любавский придавал важное значение[38], что находило, судя по пометам, одобрение С.Д. Яхонтова. Однако по поводу местонахождения Иоанно-Богословского монастыря на Рязанской земле С.Д. Яхонтов выразил свое несогласие с автором книги. М.К. Любавский утверждал, что «старый Богословский монастырь [был] на берегу Оки в 25 верстах от Переяславля»[39]. С.Д. Яхонтов в этой фразе подчеркнул слово «старый» и на полях написал: «Не тут был». Дело в том, что еще ранее коллега С.Д. Яхонтова по РУАК И.В. Добролюбов утверждал, что Иоанно-Богословский монастырь изменил свое месторасположение[40]. К тому же выводу приходил и С.Д. Яхонтов в своей неопубликованной рукописи по истории этого монастыря, хранящейся в его фонде в ГАРО. К этому вопросу не так давно обратился современный исследователь А.В. Азовцев и подтвердил правоту С.Д. Яхонтова. Он пришел к выводу, что современный Иоанно-Богословский монастырь расположен в другом месте, нежели прежний. На основании сопоставления сведений писцовых и дозорных книг XVI-XVII вв. с ономастическими и топонимическими данными он установил, что до третьей четверти XVI в. монастырь находился в окрестностях современного с. Подлесного Рязанского района, откуда был перенесен в с. Пощупово - на его современное место расположения[41].

Одобрение Яхонтова получил вывод М.К. Любавского о том, что политика Московского княжества по присоединению других земель с самого начала имела «захватный» характер. Слово «захватный» С.Д. Яхонтов подчеркнул жирной чертой[42]. Знак «нота бене» он поставил напротив утверждения Любавского о том, что Ока была одним из главных путей расширения на восток, вот почему противоборство за приокские земли между рязанскими и московскими князьями было таким жестоким[43].

Многочисленные дискуссии историков вызывал и продолжает вызывать вопрос о местонахождении ряда городов Рязанского княжества, поэтому суждения М.К. Любавского и С.Д. Яхонтова по этому поводу особенно ценны, в частности их предположения о локализации рязанских городов Заячкова и Холхола. К примеру, историк конца XIX в. В.Н. Дебольский писал, что местонахождение этих многократно упоминающихся в грамотах городов определить не представляется возможным[44].

М.К. Любавский проанализировал духовное завещание великого князя Московского Ивана Ивановича, умершего в 1359 г. В нем перечисляются «рязанские отменные места», доставшиеся в середине XIV в. московским князьям. В их числе упоминаются и города Заячков и Холхол. Рязанские «отменные места», приходил к выводу М.К. Любавский, - это «довольно большое пространство по р. Протве и ее притокам, по притоку Угры Шане с Суходревом и Медынкою, по р. Извери и до р. Вори»[45]. Город Холхол, по мнению М.К. Любавского, находился на р. Холхоле - притоке р. Протвы[46], недалеко от него был и город Заячков[47].

«Значит Заячков и Холхол были на Протве. Чего же искал Цветаев?»[48] - пометил на полях С.Д. Яхонтов. Эта фраза Яхонтова требует пояснения. Дело в том, что ранее свое мнение по поводу местонахождения этих городов высказал профессор Д.В. Цветаев[49], опубликовав по просьбе С.Д. Яхонтова в «Трудах Рязанской ученой архивной комиссии» за 1913 г. статью «Ольгов монастырь»[50]. Д.В. Цветаев находил сразу несколько созвучных топонимов в более поздних источниках, относящихся к XVI-XVII вв.: пустошь Зайцову в Каменецком стане - имении Вердеревских, деревню Холохольню и реку с тем же названием в Богоявленском стане (позднее - Одоевский уезд Тульской губернии), речушку Холохоленку в Бервенском стане Мосальского уезда (позднее - Калужской губернии)[51]. Изучив все эти сведения, Д.В. Цветаев приходил к выводу: «Заячков и Холхол княжеских грамот - то же, что впоследствии станы Заецкой и Холхолской писцовых книг»[52]. Согласно писцовым книгам, Заечков (Заецкий) и Холхолской станы находились в Малоярославецком уезде (впоследствии - Боровский уезд Калужской губернии). Хотя в научной литературе того времени (труды П.В. Голубовского, Д.И. Багалея, Е.З. Замысловс-кого, М.С. Грушевского) было принято считать, что земли Калужской губернии входили в состав Черниговского княжества, Д.В. Цветаев полагал, что «владения рязанских князей временами (выделено мной. - В.Т.) проникали в глубь Тульской губернии и простирались по северным уездам и Калужской»[53]. Таким образом, Д.В. Цветаев допускал, что в период составления указанных грамот северная часть позднейшей Калужской губернии могла принадлежать Рязанскому княжеству, а вместе с ней города Заячков и Холхол.

Свои сомнения высказывал С.Д. Яхонтов по поводу некоторых фактов из жизни рязанских князей. Он поставил знак вопроса напротив утверждения М.К. Любавского о том, что князь Иван Ярославич Рязанский был казнен в Орде[54]. Сомнения С.Д. Яхонтова насчет места гибели Ивана Ярославича, княжившего в Рязани в 1308-1327 гг., были оправданны. В летописях действительно встречаются разночтения по этому вопросу: в одних утверждается, что он подвергся казни в Орде, в других говорится, что был убит татарами при походе на Тверь.

Знак «нота бене» и слово «справит[ься]», как план на будущее, С.Д. Яхонтов написал напротив повествования Любавского о том, что после смерти в 1483 г. великого князя Василия Ивановича Рязанского его сыновья Иван и Федор «поделили между собой дворы в городе [Переяславле Рязанском] и посаде, мельницы, поле у города и луг». Федору Васильевичу досталась треть города Переяславля, а две трети старшему брату и их матери[55].

В 1930-1960-е гг. труды М.К. Любавского по исторической географии и истории славянской колонизации подвергались критике. Оценивая монографию М.К. Любавского «Образование основной государственной территории великорусской народности», С.А. Пионтковский расценивал продолжение традиций Ключевского (изучение проблемы колонизации) как «политическое выступление тех, кто до сих пор еще не примирился с окончательной гибелью системы отношений собственности». Подвергался критике историк также за «великодержавность» в национальном вопросе[56]. Л.В. Черепнин, младший современник и земляк М.К. Любавского, в 1940-е гг. писал, что тот остался «в плоскости историко-географических наблюдений, не понял классовой сущности государства», рассматривая колонизацию как «чисто внешний процесс расширения территории»[57].

Подведем итоги вышесказанному. Как вытекает из рассмотренных нами фактов, М.К. Любавский осознавал и подчеркивал связь с родным краем, уделял внимание его истории в своих обобщающих работах, посвященных славяно-русской колонизации Восточно-Европейской равнины. Он поддерживал контакты с Рязанской ученой архивной комиссией. Высылал в библиотеку комиссии книги, имевшие для него судьбоносное значение - сначала магистерскую, а затем и докторскую диссертации. Дарил книги председателю комиссии С.Д. Яхонтову. Есть основания полагать также, что М.К. Любавский публиковался в 1890-е гг. в местной печати. Деятели РУАК были в числе первых его биографов. Его труды, особенно те страницы, где говорилось о Рязанском княжестве, читались в Рязани. Они будили ученую мысль местных историков, побуждали к дискуссиям и переосмыслению некоторых вопросов областной истории (о славянских племенах, участвовавших в колонизации данной территории, о судьбе коренного племени мещеры, о местонахождении монастырей и городов Рязанского княжества, о рязанских князьях).

Примечания

1 Старостин Е.В. М.К.Любавский - историк-архивист // Отечественные архивы. 2001. № 1. С. 38; Ермольев Ю.Н. Ректор Московского университета М.К. Любавский // Академик М.К. Любавский и Московский университет. М., 2005. С. 179.
2 Любавский М.К. История архивного дела в России (машинопись, 1929 г.) // Библиотека ИАИ РГГУ. № 146-16-72.
3 ТРУАК. Т. IX. Вып. 2. С. XX. В протоколе заседания 20 января 1894 г. значится: «предложены в члены-сотрудники Ст. Дм. Яхонтовым: Ник. Ник. Харузин, секретарь Курляндского статистического комитета Як. Ив. Лудмер и Матвей Кузьмич Любавский, приват-доцент Моск. унив.».
4 ТРУАК. Т. IX. Вып. 2. С. XXIII. В протоколе заседания 11 февраля 1894 г. читаем: «Баллотированы предложенные в предыдущее собрание в члены и избраны в действительные члены: М.К. Любавский и Ник. Ник. Харузин, - и в члены-сотрудники Я.И. Лудмер».
5 ГАРО. Ф. 634. Оп. 1. Д. 54. Л. 18 об.-19. Именная ведомость об учениках Рязанской духовной семинарии за 1877-78 уч. г.
6 Иван Ксенофонтович Смирнов (1844-1919) через два года после окончания С.-Петербургской духовной академии (1867) стал магистром богословия (1869). Работал учителем Священного писания в Рязанской духовной семинарии, в 1875-1883 гг. был инспектором, наконец, в 1883-1901 гг. - ректором этой семинарии. В 1901 г. принял монашество, став архимандритом Рязанского Троицкого монастыря (1901). В 1902-1904 гг. служил епископом Чебоксарским, с 1904 г. - епископом Полтавским, затем - архиепископом Рижским. Он председательствовал в комиссии при сдаче М.К. Любавским экзаменов за 4 класс 1 июля 1878 г. по физике и 6 июля того же года по греческому языку (См.: ГАРО. Ф. 634. Оп. 1. Д. 55. Л. 11 об. — 12). Он единственный из семинарских наставников Любавского, о ком опубликовано отдельное биографическое исследование. (См.: Трубин С. Высокопреосвященный Иоанн (Смирнов), архиепископ Рязанский и Зарайский // Рязанский церковный вестник. 2004. № 8-9. С. 59-65).
О нем см. также: ГАРО. Ф. 1280. Оп. 1 Д. 934. Л. 1405-1406 об.; Д. 489. Л. 914-921 - формулярные списки И.К. Смирнова; Церковные ведомости. 1902. № 15-16. С. 556; Церковный вестник. 1902. № 18. С. 565; То лее. 1904. № 7. С. 63-256; Библиографический словарь писателей, ученых и художников, уроженцев (преимущественно) Рязанской губернии / сост. И.В. Добролюбов, доп. С.Д. Яхонтов. Рязань, 1910. С. 241-242 (библ. 28 работ).
7 Павел Иванович Алфеев (1846-1919) - сын пономаря Рязанской губернии, окончил Киевскую духовную академию (1871). Работал преподавателем Священного писания в Курской (1871-1872), а с 1872 г. - в Рязанской духовной семинарии. Параллельно с преподаванием в семинарии он служил священником Александровской (в 1875-1893 гг.) и Архангельской (в 1893-1908 гг.) церквей г. Рязани. В 1892 г. был произведен в протоиереи. В 1908 г. вышел в отставку, оставаясь преподавателем Рязанской духовной семинарии. П.А. Алфеев был автором большого числа работ по богословию. Библиографический список его трудов, составленный деятелями Рязанской ученой архивной комиссии И.В. Добролюбовым и С.Д. Яхонтовым, насчитывал на момент составления (1910) 71 название. Более поздние его труды (1910-1917), вышедшие отдельными изданиями, учтены в каталоге «Рязанская книга». В их числе статьи с критикой спиритизма, учения Л.Н. Толстого, многочисленные рецензии на богословскую литературу. Самое объемное исследование, написанное им, - «Последние часы земной жизни Иисуса Христа». Оно публиковалось на протяжении многих лет (1885-1892) в «Рязанских епархиальных ведомостях». Позднее эти материалы вошли в его труд «От Гефсимании до Голгофы», изданный в 1915-1917 гг. в двух томах.
См.: ГАРО. Ф. 1280. Оп. 1. Д. 489. Л. 957-961; Д. 934. Л. 1405-1406 об. - формулярные списки П.И. Алфеева; Добролюбов И.В. Библиографический словарь писателей и ученых, уроженцев (преимущественно) и деятелей Рязанского края. Вып. 1. Рязань, 1897. С. 4-6; Библиографический словарь писателей, ученых и художников, уроженцев (преимущественно) Рязанской губернии... С. 4-7; Рязанекая книга. 1848-1917 гг. Сводный каталог-репертуар. Рязань, 2002; Алфеев П.И. (протоиерей). От Гефсимании до Голгофы. 4.1: От Гефсимании до претории Пилата. Рязань, 1915; Ч. 2: От претории Пилата до Голгофы. Рязань, 1917.
8 Александр Дмитриевич Ряжский (1835 - после 1910) был выпускником Рязанской духовной семинарии. В 1862 г. окончил Московскую духовную академию. После короткого периода работы в Пермской духовной семинарии (1862-1866 гг.), он на всю жизнь - с 1866 г. и до выхода в отставку в 1908 г. - связал себя преподаванием с Рязанской духовной семинарией. Его имя на рубеже ХIХ-ХХ вв. было известно во всех духовных учебных заведениях России, благодаря его «Учебнику церковного пения» (в двух частях), впервые изданному в Москве в 1890 г. и переиздававшемуся впоследствии, А.Д. Ряжский был известен как композитор, автор многих хоровых партитур духовного содержания. Первым исполнителем его произведений был, как правило, хор Рязанской духовной семинарии, регентом которого он являлся. А.Д. Ряжский был талантливым исследователем древнерусского церковного многоголосного пения. Его труды по этой проблематике публиковались в «Православном обозрении», «Журнале министерства народного просвещения», а также местной печати. В печати о нем отзывались как о «знатоке нотного дела в России» и «большом знатоке церковного пения».
См.: ГАРО. Ф. 280. Оп. 1. Д. 489. Л. 939-947; Д. 934. Л. 1451-1452; Д. 937. Л. 76-78 - формулярные списки А.Д. Ряжского 1877, 1898 и 1901 гг.; Библиографический словарь писателей, ученых и художников, уроженцев (преимущественно) Рязанской губернии... С. 212; ТРУАК за 1894 г. Т. IX. Вып. 2. Рязань, 1895. С. XVIII; Ряжский АД. Учебник церковного пения. В 2-х частях. М., 1890; изд. 2-е. М., 1895; он же. О происхождении русского церковного пения // Православное обозрение.1866. Кн. 9, 11; он же. Многоголосное древне-русское пение // Рязанские епархиальные ведомости. 1867. №№ 14, 15; он же. Славянское церковное пение в латинской обработке // Журнал министерства народного просвещения. 1884. Ч. ССХХХП. Кн. 3. С. 72-119.
9 Смирнов И.К. О святынях города Рязани // Празднование 800-летия (1095-1895) г. Рязани 20-22 сентября 1895 года. (Тр. РУАК. Т. XI. Вып. 2). Рязань, 1896. Паг. 2. С. 1-11.
10 Толстое В.А. Коллекция рукописных нотных книг ХVII-ХVIII вв. Рязанской ученой архивной комиссии // Труды Рязанского института управления и права. Вып. 2. Современные проблемы гуманитарных и естественных наук. М. - Рязань, 2000. С. 33-36.
11 На заседании РУАК 5 сентября 1889 г. было доложено о передаче им резной иконы Входа Господня в Иерусалим, четырех резных фигур ангелов и резного изображения Воскресения Господня. См.: Труды РУАК за 1889 г. Рязань, 1890. С. 157.
12 Труды РУАК за 1889. Рязань, 1890. Т. IV. № 5. С. 115; № 7. С. 158.
13 К истории разработки рязанских архивов / Сообщ. П. Алфеев. // Труды РУАК за 1894 г. Т. IX. Вып. 1. Рязань, 1894. С. 67-68.
14 Труды РУАК за 1889 г. Т. IV. № 5. Рязань, 1889. С. 114; то же за 1893 г. Т. VIII. Рязань, 1894. С. Х-ХI.
15 НСБ ГАРО. № 3691. Л. 1. (На обложке рукой Яхонтова написано: «Библ. С.Д. Яхонтова»).
16 Отчет о деятельности РУАК за 1893 г. Рязань, 1894.
17 Труды РУАК. Т. IX. Вып. 2. С. XX.
18 Труды РУАК. С. XXVII.
19 Отчет о деятельности РУАК за 1901 г. Рязань, 1902.
20 Любавский М. Уважаемая редакция // Рязанский листок. 1894. № 65. С. 3.
21 Там же.
22 Библиографический словарь писателей, ученых и художников, уроженцев (преимущественно) Рязанской губернии / сост. И.В. Добролюбов, доп. С.Д. Яхонтов. Рязань, 1910. С. 122-123.
23 Никольский Владимир Капитонович (1894-1953) - историк, доктор исторических наук (1943), профессор. Из семьи армейского подпоручика. Окончил Рязанскую I мужскую гимназию, где под руководством учителя Д.Д. Солодовни-кова собирал материалы по этнографии Рязанского края. К 1912 г. относится первая публикация собранных им материалов в «Трудах Рязанской ученой архивной комиссии». Окончил историко-филологический факультет Московского университета (1916). «Несмотря на то, что ему приходилось тратить много времени на добывание средств к жизни уроками, студент Никольский уже со второго курса начал работу в архивах над материалами по земским соборам XVII в. ...В.К. Никольский в 1916 г. был оставлен при университете для подготовки к профессуре при кафедре русской истории под руководством проф. Любавского» (Шарев-ская Б. Владимир Капитонович Никольский. [Некролог] // Советская этнография. 1954. № 1. С. 169-170). Ранние работы посвящены истории России XVII в. С 1918 г. - преподаватель, с 1921 г. - доцент, с 1930 по 1946 гг. - профессор МГУ. С 1930 г. - профессор кафедры всеобщей истории МГИАИ. В 1943-1953 гг. - заведующий кафедрой древней истории МОПИ. В 1920-х гг. одним из первых в отечественной науке начал исследование истории первобытного общества; разработал ряд проблем родо-племенного строя, занимался вопросами происхождения религии. Докт. дисс: «Первобытная община».
Соч.: Рязанское соборное представительство при царях Алексее, Федоре и три-архах. Рязань, 1917; «Боярская попытка», 1681 г. // Исторические известия. М., 1917. № 2; Соборное представительство Переяславля Рязанского в XVII в. М., 1921; Очерк первобытной культуры. М., 1923 (4-е изд. - Харьков, 1928); Происхождение человека по ископаемым данным. М., 1927; Происхождение человека. М., 1929; Является ли магия религией? // Воинствующий атеист. 1931. № 11-12; Детство человечества. М.-Л.: 1939 (2-е изд. Казань, 1941; 3-е изд. Минск, 1941); Как люди научились говорить [М.], 1945 (соавтор Н.Ф. Яковлев. Сер.: Беседы о природе и человеке); Беседы о природе и человеке. М., 1947 (соавторы Б.А. Воронцов-Вельяминов, А.И. Опарин ); История первобытного общества. М., 1948; Происхождение религии. М., 1949.
Лит.: Шаревская Б.И. Никольский, Владимир Капитонович// СИЭ. М., 1967. Т. 10. Стлб. 224; Чернобаев А.А. (сост.). Историки России XX века. Саратов, 2005; Энциклопедический словарь Московского университета: Исторического факультета. М„ 2004. С. 329-330.
24 Материалы для изучения народного творчества Рязанской губернии (сообщ. Д.Д. Солодовников) // ТРУАК за 1911 г. Т. XXV. Вып. 1. Рязань, 1912. С. 80-95. Данная публикация содержит 16 песен. Из них 13 были записаны В.К. Никольским. Д.Д. Солодовников в примечании указал, что песни с 1-й по 9-ю, а также 11-я и 14-я были записаны «учеником Ряз. 1 гимн. В. Никольским со слов Ксении Данилиной в селе Панинском, Пронск. у.» без указания даты записи, а песни 15 и 16 записаны в 1911 г. им лее со слов Настасьи Михеевой в д. Стобняки Рязанского у. В том же году, там же, с ее же слов записаны Никольским прибаски и 20 прибауток.
25 ГАРО. Ф. 869. Оп. 1.Д. 154.
26 Список трудов В.К. Никольского // Советская этнография. 1954. № 1. С. 171.
27 [Никольский В.К.] Рязанское соборное представительство при царях Алексее, Федоре и триархах. Рязань: Тип. Н.В. Любомудрова, 1917. 74 с.
28 НСБ ГАРО. № 3809. Любавский М.К. Образование основной государственной территории великорусской народности. Заселение и объединение центра. Л.: Изд. АН СССР, 1929.
29 Ермольев Ю.Н. Указ. соч. С. 214.
30 НСБ ГАРО. № 3809. С. 5.
31 Там же. С. 6.
32 Там лее.
33 Там же. С. 7.
34 Там же. С. 8.
35 Там же. С. 9.
36 Там же. С. 10.
37 Тихомиров М.Н. Россия в XVI столетии. М., 1962.
38 НСБ ГАРО. № 3809. С. 17.
39 Там же. С. 21.
10 Добролюбов И.В. Историко-статистическое описание церквей и монастырей Рязанской епархии: в 4 томах. Т. 1. Зарайск, 1884. С. 239-240.
41 См.: Азовцев А.В. О первоначальном местонахождении Рязанского Иоанно-Богословского монастыря // Отечественная история: Люди. События. Мысль. Сб. научных трудов кафедры отечественной истории РГПУ / Отв. ред. А.А. Севастьянова. Рязань, 1998. С. 63-67.
42 НСБ ГАРО. № 3809. С. 39.
43 Там же. С. 40.
44 Дебольский В.Н. Духовные и договорные грамоты московских князей как историко-географический источник // Зап. Имп. Русского археологического общества. Т. ХII-ХIII; Отд. оттиск. СПб., Пач. I. С. 21, 22, 25. Известно, что Дмитрий Донской завещал своей жене «Холхол и Заячков».
45 Там же. С. 59.
46 Там же. С. 58.
47 Город Заячков располагался, по мнению Любавского, на р. Наре и верхней Лопасне.
48 НСБ ГАРО. № 3809.'С. 58.
49 Цветаев Дмитрий Владимирович (1852-1920) - историк, архивист. Из духовенства. Окончил С.-Петербургскую духовную академию. Приват-доцент Московского университета (1886), профессор кафедры русской истории Варшавского университета (1887-1906). Директор Московского коммерческого училища. Магистр церковной истории (1886), доктор наук (1890). Управляющий Московским архивом Министерства юстиции (1911-1920), тайный советник. Монархист. Член Русского собрания (СПб). Труды по истории Смутного времени в России, о представительствах зарубежных конфессий на Руси в ХVI-ХVII вв. Член Рязанской губернской ученой архивной комиссии с 1911 г.
50 ТРУАК за 1913 г. Т. XXVI. Вып. 1. Рязань, 1914. С. 1-15.
51 Там же. С. 4-8.
52 Там же. С. 9.
53 Там же.
54 НСБ ГАРО. № 3809. С. 33. М.К. Любавский при этом ссылается на «Полное собрание русских летописей», т. X, с. 194.
Иван Ярославич - сын князя Рязанского Ярослава Романовича (1299) и его жены Феодоры. Князь Пронский (1294-1308) и Рязанский (1308-1327). Среди событий его княжения важной вехой был поход против него Юрия (Георгия) III Даниловича Московского в 1320 г., окончившийся заключением мира.
55 НСБ ГАРО. № 3809. С. 127-128.
56 Пионтковский С.А. Великодержавные традиции в историографии // Историк-марксист. Т. 17. 1930. С. 23, 26; Покровский М.Н. Возникновение Московского государства и «великорусская народность» (критика книг Преснякова и Любавского) // Историк-марксист. 1930. Т. 18-19.
57 Черепнин Л.В. Русские феодальные архивы Х1У-ХУ веков. Т. 1. М., 1948. С. 4.

Источник: Историографическое наследие провинции. Материалы IV научно-практической конференции, посвященной памяти Д.И. Иловайского и М.К. Любавского. Рязань: Изд-во РИАМЗ, 2009.

5
Рейтинг: 5 (2 голоса)
 
Разместил: Рязанец    все публикации автора
Изображение пользователя Рязанец.

Состояние:  Утверждено

О проекте