Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Граф Дмитрий Толстой



Граф Дмитрий Андреевич Толстой

Неподалеку от города Михайлова в ограде большой красивой церкви села Макова лежит надгробная плита из темного камня. На плите высечена надпись: граф Дмитрий Андреевич Толстой, дата рождения 1 (13) марта 1823 года и дата смерти 25 апреля (7 мая) 1989 года. Среди владельцев земель в Михайловском уезде были более богатые люди, дворяне с более высокими титулами, однако мало найдется государственных деятелей, которые бы столько сделали для Российской Империи.

Дмитрий Толстой родился 190 лет назад, 1 (13) марта 1823 года в Москве. Когда Дмитрию было только 7 лет, он лишился отца, мать вскоре вышла замуж. Дмитрий был отдан в пансион при Московском Императорском Университете. Детство его закончилось, родительская забота, материнская ласка, все осталось в прошлом, на долгие годы учебы для него существовали строгий порядок учебного заведения, надзор воспитателей, и хорошие учителя. Наследство, позволявшее безбедно прожить отсутствовало, Дмитрию приходилось рассчитывать только на себя и свои способности.

В 1837 году, в возрасте 14 лет, стараниями родственников Дмитрий был определен в Царскосельский Императорский лицей (неподалеку от Санкт-Петербурга). Образование в лицее приравнивалось к университетскому, в нем училась и воспитывалась просвещенная элита, которой в будущем можно было доверить управление государством. В то время существовало мнение, что образование можно условно разделить на «реальное», т.е. то, что изучалось – можно посмотреть, измерить, потрогать, как бы сейчас сказали – «техническое». Такому образованию противопоставлялось «классическое», университетское, в котором ученики обучались теоретическим построениям, требующим развитого абстрактного мышления. К таким наукам относили медицину, физику, химию, математику, юриспруденцию, экономику, теологию.

Царскосельский лицей являлся закрытым вузом, а его воспитанники находились на полном пансионе. Тщательный подбор дисциплин, отличные преподаватели, продуманный распорядок дня, все это способствовало ускоренному развитию лицеистов, которые становились физически крепкими, закаленными, трудолюбивыми, нравственно здоровыми людьми.

После окончания лицея у выпускников было «распределение», в зависимости от рейтинга – первенства в учебе, им присваивались гражданские чины. Лучшим – IX (девятый класс – соответствовал воинскому званию капитан), последним XII класс (всего чинов было четырнадцать). В декабре 1842 г., в девятнадцать лет, Д. Толстой окончил Лицей с первой золотой медалью, был лучшим лицеистом выпуска, получил высший для выпускников лицея IX класс и пособие. Он, как бы сейчас сказали, вошел в «высший царский кадровый резерв».

Дворянство, к этому периоду не было обязано служить, Дмитрий, лучший выпускник лучшего учебного заведения Российской Империи мог бы наслаждаться жизнью: поехать за границу, посещать балы и театры, вести праздный образ жизни. Но все это было ему не доступно, по словам русского историка А.Н.Попова, близко знавшего Д.Толстого в эти годы, «материальные его средства были очень скудны; нередко перебивался он со дня на день; так, он без приглашения приходил ко мне и к другим близким знакомым обедать, откровенно признаваясь, что у него нет ни гроша в кармане».

1 февраля 1843 г., двадцатилетним молодым человеком Дмитрий Толстой был определен на службу в четвертое отделение канцелярии Николая I, канцелярию императрицы Александры Федоровны чиновником VIII класса, с чином титулярного советника. Николай 1 своей канцелярии доверял больше чем правительству, все важнейшие дела, требующие непосредственно участия царя решались именно там.
В мае 1847 г. граф Дмитрий Андреевич Толстой ушел в отставку, его увлекала научная работа. Его первый труд «История финансовых учреждений России со времени основания государства до кончины императрицы Екатерины II» (258 страниц. Прим. Авт). Еще в рукописном виде этот труд получил высокую оценку и в том же году был отмечен Академией наук полной Демидовской премией. пять тысяч рублей.

Лауреатами премии были такие выдающиеся русские ученые, как Н.И. Пирогов, Д.И. Менделеев, И.М. Сеченов, Б.С. Якоби, Ф.И. Литке, И.Ф. Крузенштерн, П.Л. Чебышев и многие другие, чьи работы знаменовали собою наивысшие достижения того времени в различных отраслях знаний.

В Государственной Исторической библиотеке мне удалась прочитать этот труд. Работа отличается глубиной и тщательностью проработки матерела, охватом практически всех сторон финансовой жизни России. К этому времени Д.А. Толстому было всего двадцать четыре года. Он приводит, несомненно, верные положения. «Все источники государственных доходов России развивались самобытно, медленно, не подвергаясь никаким теоретическим началам, изменяясь более соответственно с ходом народного просвещения, чем предписаниям верховной власти.»

«Первой заботою членов каждого возникшего общественного союза бывает установление и признание верховной власти, долженствующей охранять общие и частные интересы. Но эта власть, поставленная выше всякого частного произвола, не могла бы существовать, ни быть полезную, если бы она не имела средств упрочить к себе почтение и повиновение. Нужно следовательно отыскать эти средства. По признании их необходимости, народ соглашается удовлетворять государственным нуждам взносом определенного количества произведений земли, или, взамен оных, известной суммы денег.»

«Все сословия государства получают защиту и покровительство от верховной власти, и поэтому обязаны равномерно содействовать достоянием своим к достижению целей государственных – вот основание общности податей». В 1848 году за этот труд, ставший первой в отечественной историографии попыткой системного изложения русского финансового дела, Дмитрия Андреевича Толстого по распоряжению императора Николая I наградили бриллиантовым перстнем.

22 сентября 1847 г. Д.А. Толстой вновь вернулся на государственную службу, став чиновником особых поручений VI класса при Департаменте духовных дел иностранных исповеданий Министерства внутренних дел и занимался составлением истории иностранных исповеданий, а 1 ноября 1851 г. был назначен вице-директором этого департамента. Россия при Николае I начала проводить на Балканах политику защиты православного населения и обеспечение его религиозных и гражданских прав, вплоть до политической независимости, для этого необходимо было провести анализ взаимоотношения православия с иностранными вероисповеданиями - католицизмом, исламом, буддизмом, язычеством. Для огромной, многонациональной и многоконфессиональной России этот труд, без сомнения, был очень полезен.

В возрасте тридцати лет Дмитрий Толстой женился на дочери Министра внутренних дел Софье Дмитриевне Бибиковой, женитьба кроме положения в обществе обеспечила графа достаточно большим состоянием. В приданное Софье Дмитриевне были назначены некоторые Рязанские, в том числе Михайловские имения, руководство ими взял на себя граф, с этого момента имя графа Дмитрия Андреевича Толстого стало связано с Михайловской землей.

Граф Дмитрий Андреевич Толстой, по склонностям своего вникал в мельчайшие детали хозяйственной деятельности имений своей жены и старался преумножить полученное богатство, так не хватавшего ему в молодые годы.

В это же время Д. А. Толстой познакомился с умным и энергичным великим князем Константином Николаевичем (вторым сыном Императора Николая I, не являющимся претендентом на трон). Константин в это время собирает толковых молодых людей для осуществления реформ в военно-морском флоте, создания в России парового военного флота, разработки нового военно-морского устава и упорядочение работы морского ведомства. Начало войны с Турцией в 1853 году было ознаменовано блестящей победой русского флота под командованием адмирала П. С. Нахимова, разгромившего противника в Синопской бухте. Это была последняя крупная победа парусного флота, наступила эпоха парового флота.

В Морском министерстве граф Д.А.Толстой прошел хорошую бюрократическую школу, превратился в опытного администратора. Через канцелярию проходили документы, направленные на преобразование Российского флота, на открытие новых заводов, создание минных заграждений. В 1853 г. Толстой был произведен в статские советники (V класс) и назначен директором Канцелярии Морского министерства, где принимал участие в составлении хозяйственного устава Морского министерства и нового положения об управлении морским ведомством. Паровой флот требовал совсем другого технического оснащения и обеспечения топливом.

Во время службы в Морском министерстве, при активном участии графа Д.А. Толстого в 1855–1856 гг. ряд русских писателей был командирован в разные регионы страны, для подготовки этнографических очерков с дальнейшей публикацией в «Морском сборнике», а И.А. Гончаров отправлен в кругосветное путешествие на фрегате «Паллада». Несомненно, его деятельность способствовала успехам российского флота по отражению внешней агрессии. С 1 января 1858 г. Д.А. Толстой – камергер, а затем гофмейстер Двора Его Императорского Величества. Однако сделать карьеру, не имея военно-морского образования, здесь было невозможно.

Весной 1854 г., в то время, когда Крымская война на Черном море была в самом разгаре, начались боевые действия на Балтийском море, куда, имея подавляющее превосходство в паровых винтовых кораблях, направились английская и французская эскадры. Основная задача союзной эскадры состояла в уничтожении Балтийского флота, далее планировалось прорваться к Петербургу.

В районе Кронштадта впервые в истории вооруженной борьбы на море была создана минно-артиллерийская позиция, являвшаяся основой обороны подступов к Санкт-Петербургу с моря. Во время разведывательных действий англо-французского отряда 20 июня 1855 г. два британских фрегата («Merlin» и «Firefly») подорвались на пиротехнических минах Нобеля. Малый заряд взрывчатого вещества (всего лишь 10 фунтов черного пороха — 4,5 кг) позволил им отделаться небольшими повреждениями. Однако психологический эффект оказался настолько сильным, ни один вражеский корабль больше не посмел приблизиться к Кронштадту.

18 февраля (2 марта) 1855 года, в разгар войны, Николай скоропостижно умер. Он говорил: «Россия - держава могущественная и счастливая сама по себе; она никогда не должна быть угрозой ни для других соседних государств, ни для Европы. Но она должна занимать внушительное оборонительное положение, способное сделать невозможным всякое нападение на нее».

Одной из своих главных задач Император Александр II, вступивший на престол 18 февраля 1855 года, поставил освобождение крестьянства от крепостной зависимости.

Раздел земли был специально проведен помещиками таким образом, что крестьяне оказались отрезанными помещичьей землей от водопоя, леса, большой дороги, церкви, иногда от своих пашен и лугов… в результате они вынуждались к аренде помещичьей земли, во что бы то ни стало, на каких угодно условиях. Помещик без малейшего труда опутал будущих «соседушек» со всех сторон, так обставил дело, что мужичку курицы выпустить некуда.

«Освобождение» крестьян сопровождалось народными волнениями. По некоторым данным в течение только 1861 года было зафиксировано 1176 крестьянских восстаний, в то время как за 6 лет с 1855 года по 1860 год. их было лишь 474. Восстания не утихали и в 1862 году, и подавлялись очень жестоко. Толстой выступает открытым и решительным противником освобождения крестьян от крепостной зависимости. За поданную свою «записку» по данному вопросу он получил личный выговор и замечания от самого Императора Александра II.

Сохранились письма Д.А. Толстого своим управляющим Михайловских имений. Документы… свидетельствуют, что у графа везде существовал строгий порядок , детальная отчетность должностных лиц и сухая деловитость. В имениях графа не забалуешь…. Управляющий Еринской Вотчиной конторы Клим Петрович Владимиров 9 октября 1860 года сообщает, что пахота земли производится должным порядком. Кто бывает замечен в дурной пахоте, того заставляем из своего дня перепахивать, а за прочие проступки противные виновные назначаются в караул без очереди, смотря по вине.

22 февраля 1861 года предписывает Еринскому управляющему наказать розгами крестьянина Горюшкина за то, что он «помогал» старосте утаить 4 пуда (мешок) господского хлеба. Одновременно с этим граф приказывает на место уволенного старосты приискать на старосты «надежного унтер-офицера».
Граф считал, что нравственное наказание на крестьян почти решительно не влияет, а самовольное (после отмены крепостного права), «влияет». Не забывал граф Толстой и о штрафах. Крестьянин Антон Егоров воротил с дороги в Москву 3 подводы, груженные барским овсом, по причине «слабости лошадей». Граф предписал оштрафовать его на 3 рубля серебром и взыскать с него разницу между московской и михайловской ценой овса. Из отчета управляющего видно, что с Егорова было взыскано 18 рублей 69 копеек, в счет которых была приведена на господский двор корова, оцененная в 20 рублей.

Обладая правом женить своих крепостных Толстой, с помощью управляющего Еринским имением, женит вдовцов на дворовых вдовах. Василию Полунину – еринскому крестьянину с двумя малолетними детьми «предоставляется» невеста с двумя сыновьями постарше, чтобы в доме были скорее работники, Полунину сказано награждение – 25 рублей серебром. Завидовскому крестьянину Якову Борисову, у которого 10 летний сын, «предоставляется» невеста, у которой дети помоложе.

16 апреля 1861 года граф пишет управляющему «частное письмо»: « С крестьянами действуйте как можно осторожнее; не горячитесь, старайтесь чаще и хладнокровнее объяснять им положение (об отмене крепостного права) и вразумлять в их недоразумениях. За работами смотрите, старайтесь, чтобы они исполнялись хорошо, но не налегайте на них слишком. Такое теперь время: со всех концов России получаются здесь предурные сведения, такие, что наши мелкие недоразумения перед ними ничего не значат. Нужно дело улаживать сколько можно и примирительно в это трудное переходное время, не раздражая крестьян».

В другом письме Мясникову – мировому посреднику при отмене крепостного права 28 декабря 1861 года: «По моему, здесь важно то, что крестьянин убедился в необходимости свято соблюдать свои обязательства, особенно письменные, и чтобы он видел, что над ним есть власть, которая имеет достаточно силы заставить его сделать то, что он обязан, а также и то, что помещик не есть уж совершенный нуль».

У Толстых были следующие имения в Михайловском уезде Рязанской губернии:
1). Лесищи – бывшей Новопанской волости Михайловского уезда Рязанской губернии. Велось свое хозяйство ( ранее барщинное). До покупки Макова имение было летней резиденцией Толстых.
2). Фурсово – той же волости и уезда, но управление сливалось с Лесищами.
3). Ерино - бывшей Маковской волости, Михайловского уезда, Рязанской губернии. В имении велось свое хозяйство ( до 1861 года – барщинное).
4). Окуньково – бывшей Окуньковской волости Михайловского. Хозяйства своего не велось и крестьяне были на оброке, по управлению присоединялось к Еринской вотчиной конторе.
5). Завидовка – бывшей Виленской волости Михайловского уезда. Хозяйство велось свое, до 1878 года по управлению было присоединено к Ерину и Макову.
7). Серебрянь – 48 десятин, близ Завидовки.
8). Маково – бывшей Маковской волости, Михайловского уезда. Было самим графом Толстым куплено в сентябре 1870 года при посредничестве Николая Аркадьевича Болдарева, Рязанского губернатора. Впоследствии главный административный центр всех имений и любимая летняя резиденция Толстых.
Большинство имений принадлежало не лично графу Толстому, а его жене Софье Андреевне, урожденной Бибиковой. Жили Толстые почти все лето в Петербурге, и в имения приезжали весьма редко – не каждое лето.
Очень скоро эйфория крестьян от полученной личной свободы прошла. В результате «освобождения» крестьяне, наделяясь землей «подушно» (на мужскую душу) лишались «излишков – отрезков. Так из документов по Окуньковскому землевладеию Толстого видно, что в результате «освобождения» крестьян он получил 205 десятин земли. Граф не преминул отдать эту землю крестьянам почти в половину увеличив цену аренды. Кроме того крестьяне были обязаны до 1866 года ( пять лет) ежегодно всеми тяглами ежегодно три дня прудить плотину у Еринской мельницы или же рубить и возить лес для нужд помещика.

Первые годы после отмены крепостного права принесли дворянам – крепостникам немало тревог, забот и беспокойства за хозяйственное благополучие своих поместий – землевладений. Завидовское сельское общество по Уставной Грамоте 1861 года получило на 259 ревизских душ в надел 712 десятин 770 саженей удобной земли, в том числе пашни 576 десятин. Т.е. на 1 душу всего земли 2 десятины 180 сажен. В уплату за переданную землю крестьяне должны были выплатить лично Толстому 7700 руб. в течение 9 лет. К 1862 году жизнь помещиков налаживается, вот что пишет в своем письме Толстому ближайший сосед по имению Александр Аркадьевич Болдарев (помещик села Триполи, брат которого был Рязанским губернатором) 26 сентября 1862 года. «Кажется, в Ерине и Завидовке порядок и отбывание крестьянами работ постепенно восстанавливается строгими взысканиями штрафов, но это не по милости Шепелева (мирового посредника) а вновь назначенного старшины, который кроме штрафа еще преисправно наказывает розгами.»

19 сентября 1860 г. граф Д.А.Толстой назначается членом Главного правления училищ Министерства народного просвещения. 17 ноября 1861 г. граф Д.А.Толстой получил должность управляющего Департаментом Народного просвещения. Казалось, что карьера практически обеспечена, еще рывок и — министерский портфель. Но, из-за студенческих беспорядков был отправлен в отставку министр народного просвещения, а 25 декабря 1861 г. был уволен от всех должностей по Министерству народного просвещения Д.А. Толстой, он был назначен к присутствию в Правительствующем Сенате с оставлением в придворном звании гофмейстера. Здесь он принимал участие в подготовке судебной реформы, которая обсуждалась в разных департаментах Сената. С февраля 1864 г. Д.А.Толстой стал временно исполнять обязанности члена советов Воспитательного общества благородных девиц Александровского и Екатерининского институтов.

23 июня 1865 г. граф Д.А.Толстой занял пост Обер-прокурора Святейшего Синода и оставался на этом посту до 23апреля 1880 г. Священный синод Русской православной церкви был высшим органом управления Русской православной церкви в период между Архиерейскими соборами. В синодальный период Синод был высшим государственным органом церковно-административной власти в Российской империи. Члены Синода назначались императором. Представителем императора в Синоде был Обер-прокурор, который на правах министра руководил Синодом Российской Православной Церкви и Ведомством православного исповедания, которое обладало статусом государственной религии. В ведомство Синода входили Церковно-приходские школы (ЦПШ) — начальные школы при церковных приходах.

На посту Обер-прокурора граф Д.А. Толстой успел провести ряд важных мероприятий по духовному ведомству и в частности, преобразование духовно-учебных заведений. Он исходил из того, что «православная церковь, охраняя и поддерживая чисто народные русские начала, в том духе воспитывает и своих пастырей». «Коренные начала, содержимые нашей церковью,— писал Д.А.Толстой,— неизменны, и ее служители посему всегда будут иметь неоспоримое преимущество пред всякими другими учителями народа, которые иногда могут увлекаться собственными воззрениями, не всегда полезными для правительства и государства... Поводом к предполагаемому слиянию выставляется опасение, что существующее раздвоение в устройстве училищ будет ослаблять их нравственное влияние и парализовать их деятельность. Такое ослабление влияния школ возможно лишь при различии религиозно-нравственного их направления, которое может быть и при единстве их устройства. Для достижения единства недостаточно одного соединения разнородных, часто противоречащих элементов. Единство управления не составляет еще единства направления, а этого-то последнего и следует достигнуть; оно может последовать и без предполагаемого слияния в управлении, если лица учебного ведомства будут вести обучение народа в строго православном духе, как это постоянно делают духовные пастыри». Это мнение обер-прокурора удостоилось Высочайшего одобрения. В 1866 г. граф Д.А.Толстой был назначен членом Государственного совета.

14 апреля 1866 г., после покушения Каракозова на Александра II, граф Д.А.Толстой был назначен министром народного просвещения. Одновременно он остался обер-прокурором синода, сенатором и гофмейстером. Кроме того, 23 апреля граф стал членом Главного Совета женских учебных заведений, а с 1 января 1874 г. — их почетным опекуном. Вся его деятельность на обоих постах была подчинена следующей идее: «Пусть православная церковь проложит путь Евангелием, а за ним последует наука со своим светом. Это совокупное действие веры и науки, несомненно, развеет научную темь. Конечно, не нам, а нашим приемникам возможно будет разрешить эту нелегкую задачу: по крайней мере положим ей начало.» Было решено обратить серьезное внимание на воспитание юношества и усилить контроль над образовательными учреждениями. По указанию Александра II граф Д.А. Толстой ежегодно посещал один из учебных округов России, знакомился на месте с положением дел и получал верную картину распространения просвещения в государстве.

В архивах сохранились речи и статьи министра просвещения Д.А. Толстого ученикам, студентам и преподавателям гимназий и университетов во время посещения учебных округов. Во время визита в Астрахань он говорил учителям гимназии: «При самом поверхностном взгляде на Астрахань, позади которой трехтысячеверстная река, а впереди море, нельзя не видеть, что ей предстоит большая будущность, как в промышленном, так и в образовательном отношении, ибо промышленность не может развиваться успешно без науки. Великий Преобразователь России сказал про Петербург, что это «окно, прорубленное в Европу»; мне кажется, про Астрахань можно сказать, что это окно в Азию. Вот уже полтора века, как мы смотрим, и не без пользы, на Европу через петербургское окно; постараемся, чтобы в Астраханское окно посмотрела к нам Азия, и увидела через него просвещение истинное здравое, нравственное, и чтобы она убедилась, что всеми этими благами миллионы людей обязаны благой и просвещенной воле нашего возлюбленного монарха».

Граф Толстой строго следил, чтобы средства, выделяемые государством на просвещение, использовались на пользу России. На встрече с учителями одной из гимназий он говорил: «Должно сожалеть, что в прежнее время в вашем составе находились такие личности, которые никогда не должны были вступать на учительское поприще; они принимали на себя эту важную обязанность не для пользы юношества, а ко вреду для него, для распространения своих разрушительных идей, последствием которых, как теперь оказывается на опыте, было умственное и нравственное развращение некоторых молодых людей, сделавшихся несчастною жертвою этой злой пропаганды. При мне подобные преподаватели невозможны, немыслимы; я обязан перед священной особою Государя Императора и перед моею собственной совестью не допускать обращать училище, содержимое на счет правительства, в притон противообщественных и противоправительственных теорий; я обязан перед родителями сдать им юношей благовоспитанных и истинно, а не ложно образованных; наконец, я обязан перед самими этими юношами способствовать образовать из них людей дельных и основательных, которые со временем поблагодарили бы внутри сердца своего их наставников и руководителей, предостерегших их от ложных путей.»

В Казани он говорил преподавателям Казанского университета: «Если распространение просвещения необходимо во всех концах Империи, то едва ли где эта необходимость чувствуется более, как именно здесь, на окраине востока: каких племен не видел я в продолжение кратковременного моего путешествия: и Калмыков, и Киргизов, и Мордву, и Черемис, и, наконец, Татар. Все это дико и невежественно; все это еще не тронуто просвещением; все это не початый еще материал для науки и цивилизации. Я знаю, что скорых успехов здесь ждать невозможно, но была бы большая заслуга положить начало просвещению этих восточных племен, а за ним и дальнейшего востока. Вот достойные России завоевания на востоке, завоевания цивилизации, самые прочные, и притом самые дешевые из всех завоеваний.»

В одном из своих выступлений он высказывает положение о народном просвещении, которые актуальны и сейчас: «В ведомстве народного просвещения скоро делается только одно – порча заведений; но исправление их, но их улучшение требуют времени и иногда довольно долгого. Для этого мне необходимо ваше содействие, но уже не материальное только, а и нравственное. Министерство народного просвещения имеет в себе ту отличительную черту, что оно не может стоять особняком в обществе: оно слишком близко к нему прикасается и может действовать успешно только соединенными с ним силам. В самом деле, предмет, так -сказать материал деятельности этого министерства – дети. Дети и составляют связь между министерством народного просвещения и вами. Мы, министерство, и вы, общество, мы не два противоположных элемента, мы сродни между собой, и это родство устанавливается через ваших детей.»

Граф Толстой считал дворянство самой просвещенной частью общества, и университетское образование в первую очередь предназначалось именно для детей дворян. По этому поводу он говорил: «..я позволю себе выразить мысль, что если всегда русское дворянство стояло во главе просвещения в России, то в настоящее время, при великих внутренних преобразованиях и дабы быть в уровень с ними, дворянство должно стоять не ниже, а выше других сословий по своему образованию. Эта мысль удостоилась Высочайшего одобрения и с этой минутой сделалась руководящим для меня правилом.»

В 1871г. Толстой провел реформу среднего образования, направленную на уничтожение какой бы то ни было самостоятельности учащихся в учебном процессе. Вводилось изучение древних языков вместо общеобразовательных предметов, реальные гимназии реорганизовывались в училища, в которых сокращался срок обучения. Проводился в жизнь сословный принцип: церковноприходская школа для «народа», реальное училище для купцов и промышленников, классическая гимназия и университет для дворян. За время пребывания Д.А. Толстого на посту министра число средних и высших учебных заведений увеличилось почти втрое, а низших – более чем в 20 раз, открыто 60 мужских учительских семинарий для подготовки педагогов народной школы, Русская философская семинария в Лейпциге для подготовки учителей древних языков. По разрешению Д.А. Толстого были учреждены Высшие женские курсы в Петербурге, Москве, Казани и Киеве. За время министерства Толстого был открыт ряд институтов и университетов. Особое внимание Толстой уделял распространению образования среди неправославных народов России. По его инициативе была создана система начального образования на родном языке, готовились учителя и писались учебники для национальных школ.

В 1872 году издано положение о городских училищах, в 1874 — положение о начальных училищах, для надзора за которыми были ещё в 1869 году учреждены должности инспекторов народных училищ. В духовном ведомстве при графе Толстом произведено преобразование духовно-учебных заведений.

Деятельность Синода была неразрывна с общим направлением деятельности всей России, немало сил пришлось потратить Обер-прокурору Синода графу Д.А. Толстому на открытие и становление Ново-Афонского Симоно-Кананитского монастыря в Абхазии. Он принимал участие в выделении участка земли под монастырь, после этого работы пошли очень быстро. К 1-му октября 1876 года все заложенные здания и церковь были закончены совершенно. В церкви поставлен киот с частью древа животворящего креста и часть мощей св. великомученика Пантелеймона. Церковная утварь и ризница устроены в достаточном количестве.

17-го же числа октября последовало торжественное освещение храма во имя Покрова Пресвятой Богородицы и открытие школы для 20 человек воспитанников из абхазских детей, круглых сирот. С этого дня, 17-го октября, открыто в Покровской церкви ежедневное богослужение по правилам Афонского монастырского устава. После сего Афонская братия начала заготавливать строительные материалы, намериваясь с ранней весны приступить к возобновлению древней церкви св. Симона Кананита и заложить предполагаемый настоящий монастырь на избранном для него месте, у подошвы главного хребта. Но мирное пребывание иноков продолжалось недолго. 29-го ноября того же года, согласно распоряжению местного начальства, по политическим смутам и враждебному России брожению умов жителей Абхазии, братство нового монастыря выехало в пределы Кутаисской губернии и приютилась в Грузинском Гелатском монастыре.

7 апреля 1877 года началась войны с Турцией. 28 апреля 1877 года два неприятельских броненосца подошли к местечку Гудаут (выше Сухума и Анакопии), где уже не было русских войск. Абхазы были уже близки к возмущению и были собраны в Гудауте большою массою, около 10 000 человек, в тот же день здания монастыря были разграблены и сожжены.

1 го октября 1878 года на месте разоренных монастырских зданий начались различных работ по устройству новой обители. 3 го февраля 1879 года последовало освещение главного престола новосозданной церкви во имя Покрова Пресвятой Богородицы и открытие в ней богослужения по Афонскому уставу. 8-го декабря 1789 года по представлению обер-прокурора Синода Д.А. Толстого последовало Высочайшее утверждение прав монастыря.

Как было сказано в документе « обитель в тишине и мире на берегах Абхазии и да послужит … местному населению, пребывающему в дикости и невежестве, примером жизни мирной и труженической, образцом человеколюбия, кротости и терпения! Да воспитает школа, устроенная при обители, в молодом поколении из туземцев привычку к полезному труду и любовь к знанию, необходимому для земледельца.»

За время пребывания на посту министра народного просвещения Д.А. и Обер-прокурора Синода граф Д.А. Толстой получил высший чин в Российской империи – действительного тайного советника. Однако пресса почти всех направлений яростно критиковала министра, что объяснялось во многом его демонстративным презрением к общественному мнению. Из-за своего характера Толстой нажил множество врагов и в высших кругах петербургского общества. 4 апреля 1880 г. его уволили с должностей министра народного просвещения и обер-прокурора. Св. Синода, с оставлением должностей члена Государственного совета, сенатора и гофмейстера. 25 апреля 1880 г. Толстой вышел в отставку.

В царствование Александра II Россия вернулась к политике всемерного расширения Российской империи, ранее характерной для царствования Екатерины II. За этот период к России были присоединены Средняя Азия, Северный Кавказ, Дальний Восток, Бессарабия, Батуми. Победы в Кавказской войне были одержаны в первые годы его царствования. Удачно закончилось продвижение в Среднюю Азию (в 1865—1881 годах в состав России вошла большая часть Туркестана). В связи с войной в 1877 г. в Чечне и Дагестане произошло крупное восстание, которое было жестоко подавлено. После долгого сопротивления император решился на войну с Османской империей 1877—1878 годов.

В 1876—1877 годах Александр II принял личное участие в заключении секретного соглашения с Австрией в связи с русско-турецкой войной, следствием которого, по мнению некоторых историков и дипломатов второй половины XIX века, стал Берлинский трактат (1878), вошедший в отечественную историографию как «ущербный» в отношении самоопределения балканских народов (существенно урезавший Болгарское государство и передавший Боснию-Герцеговину Австрии).

В 1867 году Аляска (Русская Америка) была продана Соединённым Штатам за 7 млн. долларов. В отличие от предыдущего царствования, почти не отмеченного социальными протестами, эпоха Александра II характеризовалась ростом общественного недовольства. Наряду с резким увеличением числа крестьянских восстаний, появилось много протестных групп среди интеллигенции и рабочих. В 1875-е годы эти тенденции значительно усилились. С конца 1870-х гг. начинается явный крен в сторону террористических актов. В 1873—1874 гг. 2-3 тысячи человек, преимущественно из числа интеллигенции, отправились в сельскую местность под видом простых людей с целью пропаганды революционных идей (т. н. «хождение в народ»).

Усиление репрессий со стороны полицейских органов, особенно в отношении «хождения в народ» (процесс 193-х народников), вызвало возмущение общественности и положило начало террористической деятельности, в последующем принявшей массовый характер. Так, покушение Веры Засулич в 1878 г. на петербургского градоначальника Трепова было предпринято в ответ на плохое обращение с заключенными по процессу 193-х. Несмотря на неопровержимые улики, свидетельствовавшие о совершенном покушении, суд присяжных её оправдал, в зале суда ей была устроена овация, а на улице её встретила восторженная манифестация собравшейся у здания суда большой массы публики.

В 1878—1881 гг.. произошла серия покушений на Александра II. К концу царствования Александра II протестные настроения распространились среди разных слоев общества, включая интеллигенцию, часть дворянства и армии. В деревне начался новый подъем крестьянских восстаний, а на заводах началось массовое стачечное движение. Глава правительства П. А. Валуев, давая общую характеристику настроений в стране, писал в 1879 г.: «Вообще во всех слоях населения проявляется какое-то неопределенное, обуявшее всех неудовольствие. Все на что-то жалуются и как будто желают и ждут перемены».

Публика рукоплескала террористам, росла численность самих террористических организаций — так, Народная воля, приговорившая царя к смерти, насчитывала сотни активных членов.

Рост протестных настроений и взрыв террористической деятельности вызвали «страх и растерянность» в правительственных кругах. Как писал один из современников, «Только во время уже разгоревшегося вооруженного восстания бывает такая паника, какая овладела всеми в России в конце 70-х годов и в 80-м. Во всей России все замолкли в клубах, в гостиницах, на улицах и на базарах. И как в провинции, так и в Петербурге все ждали чего-то неизвестного, но ужасного, никто не был уверен в завтрашнем дне».

1 (13) марта 1881 вследствие смертельного ранения от взрыва бомбы, брошенной под его ноги народовольцем Игнатием Гриневицким, скончался Александр II. Исполнительный комитет «Народной воли» спустя несколько дней после 1 марта, убийства Александра II, опубликовал письмо, в котором, наряду с констатацией «приведения в исполнение приговора» царю, содержался «ультиматум» новому царю, Александру III: «Если политика правительства не изменится, революция будет неизбежна. Правительство должно выражать народную волю, а оно является узурпаторской шайкой». Несмотря на арест и казнь всех лидеров «Народной воли», террористические акты продолжались и в первые 2-3 года царствования Александра III.

Вступил на престол 2 марта (14 марта) 1881 года Александр III, после убийства его отца, которое повергло правящую элиту в глубокое смятение и страх за судьбу династии и государства. К присяге императору и Наследнику впервые в истории приводились «и крестьяне наравне со всеми верными Нашими подданными».

Императором был подписан Манифест о незыблемости самодержавия, Манифест призывал «всех верных подданных служить верой и правдой к искоренению гнусной крамолы, позорящей землю Русскую,— к утверждению веры и нравственности, — к доброму воспитанию детей,— к истреблению неправды и хищения, — к водворению порядка и правды в действии всех учреждений».

Сразу же по издании Манифеста либерально настроенные министры и сановники вынуждены были подать в отставку. Видные чиновники Александра III негативно оценивали результаты реформ предыдущего царствования. Новое правительство Александра III сразу отметило заслуги Толстого: на коронации в Успенском соборе 15 мая 1883 г. в Москве, ему было поручено несение цепи ордена Святого Андрея Первозванного для Ее Императорского Высочества. В тот же день этот высший орден Российской империи был вручен самому Толстому при Высочайшем рескрипте; а затем золотая медаль в память окончания строительства и освящения Храма Христа Спасителя в Москве.

Молодой император Александр III поручил Д.А. Толстому руководство ведущим научным учреждением страны – Императорской Академией наук. Это назначение последовало 25 апреля 1882 г. и было с пониманием встречено учеными. (С 31 мая Д.А. Толстой совмещал этот пост с постом министра внутренних дел Российской Империи). Время его президентства совпало с первой половиной правления. К тому времени имя Д.А. Толстого было широко известно в научных кругах, а его ученая деятельность была отмечена рядом самых престижных в России званий и наград. Как министр народного просвещения, в ведении которого находилась Академия наук, Толстой хорошо знал ее текущие проблемы и состояние дел, через него шли все кадровые перемещения, избрание новых членов, ходатайства на имя императора. Будучи почетным академиком, он по мере сил и возможностей, участвовал в академической жизни, в том числе в Общих собраниях и ежегодных торжественных публичных заседаниях Академии наук.

Толстой добился увеличения окладов академикам и лицам, служащим при Академии наук (1869), увеличения ассигнований и штатов Химической лаборатории (1873), открытия Отделения морской метеорологии, телеграфных сообщений о погоде и штормовых предупреждений при Главной физической обсерватории (1876), поддержал учреждение премии имени В.Я. Буняковского (1875), празднование 150-летнего юбилея Академии наук, подготовку собрания сочинений М.В. Ломоносова и т.п.

Одной из его первых и весьма плодотворных инициатив на этом посту стало предложение Толстого начать публикацию материалов по истории Академии наук, хранившихся в ее архиве. Это предложение было поддержано на заседании Отделения русского языка и словесности. Уже в 1885 г. вышел в свет первый том этого издания, а реализация всего проекта растянулась до 1900г. Итогом работы стало издание 10 фундаментальных томов: в научный оборот был введен огромный массив архивных документов по истории Академии наук.

Весной 1882 г. для поощрения русских исследователей Толстой выделил средства для «Премии имени графа Дмитрия Андреевича Толстого», которая стала одной из главных ежегодных академических премий, присуждаемых за работы в области естественных и гуманитарных наук.

Сам граф Дмитрий Андреевич Толстой занимался изучением истории Академии наук и образования в XVIII в. и в 1885 г. опубликовал работы «Академическая гимназия в XVIII столетии» и «Академический университет в XVIII столетии». Эти исследования были посвящены изучению истории от зарождения этих учреждений, одновременно с Академией наук, до директорства Е.Р. Дашковой. Данные работы были одной из первых попыток в нашей историографии глубокого исследования истории Академии наук. Не менее значимы были и другие труды Д.А. Толстого в области истории образования, например, «Городские училища в царствование Императрицы Екатерины II» (1886). Мне довелось прочитать этот труд. В приложении к нему опубликована Инструкция, данная 13 марта 1784 года Императрицею Екатериной II П.И. Салтыкову, при назначении его к воспитанию Великих князей. (Александра (будущего императора Александра I) – 7 лет и Константина – 5 лет). Читая эти наставления, приходишь к выводу, что многие из них правильны и сейчас. «Да будет одежда Их Высочеств летом и зимою не слишком теплая, не тяжелая, не перевязанная, не гнетущая, наипаче (особенно авт.) на груди. Пища и питье да будет простые и просто заготовленные. Буде кушать захотят между обеда и ужина, давать им кусок хлеба. Чтобы не пили холодного испотевши, или когда разгорячены, и непотевши не пили иначе, как скушав наперед кусок хлеба. Чтобы как возможно Их Высочества летом и зимою чаще были на свежем воздухе, когда же сие не может вредить их здоровью. Зимою же колико возможно реже быть им возле огня. Чтоб летом играли на свежем воздухе, на солнце, на ветру. На огарь (загар) лица и рук от солнца не смотреть.Вспотевши не ложиться на мокрой траве. Кабы их будить нужно, тогда оное чинить не вдруг, но с осторожностью, дабы не испугались, или кликать их по имени негромко.

Колико возможно реже приступать к употреблению ими лекарства, и отнюдь не давать им лекарства, а не ради осторожности, и будто для упреждения болезни тогда, когда здоровы; словом вовсе не давать им лекарства без крайней нужды. Употребление лекарства не ко времени детям более притягивать может болезни, нежели отвращать оные. Буде единожды приставники детям отказали в чем, то чтоб криком и плачем не могли выпросить. Не допускать Их Высочества до того, чтобы мучили или убивали невинных животных, как то: птиц, бабочек, мух, собак, кошек, или иное подобное, или портили что умышленно. Буде кто из них солжет, то первый раз оказать в том удивление, как о поступке странном, неожиданном, неслыханном и неприличном. Буде же паки (еще) найден будет во лжи, то чинить ему выговор и смотреть на него и обходиться холодно и с презрением всем тем, кто о том знают. Буде, паче чаяния, не уймется, то почесть ложь за упрямство; упрямство же влечет за собой наказание. Отдалять надлежит от глаз и слуха в младенчестве и отроков в первые годы все то, что мысли устрашать может, как то всякие пугалища, душу и ум утесняющие, которым обыкновенно детей стращают, и от которых делаются они робки, так, что не могут они остаться одни, боятся своей тени, или дрожат в темноте. Все таковые пугалища и в речи употреблять не надлежит.

О вещах сверх понятия их, о коих спросят, сказать надлежит, что со временем сведают, или что то не по их летам. Полезно будет детям вдруг не давать более одной вещи, и когда захотят иметь другую, тогда отбирать первую. После семи лет буде захотят новых игрушек, то пускай сами сделают, или помогают делать.» Екатерина Великая была строгой, заботливой и справедливой бабушкой. В целом научное наследство графа Д.А. Толстого насчитывает несколько десятков опубликованных статей и книг.

Несмотря на серьезные трудности, академическая наука набирала темпы развития, русские ученые во время правления Академией наук Толстого добивались высоких результатов в различных отраслях науки. Во многих отраслях естественных и гуманитарных наук ученые Академии занимали ведущие позиции в мировой науке.

Д.А. Толстой был одним из главных действующих лиц в окружении Александра III, царствование которого ознаменовало отход от принципов реформ 1860-х гг. 31 мая 1882 Толстой был назначен министром внутренних дел. В момент своего назначения министром внутренних дел Граф Д.А. Толстой писал Александру III: «убежден, что реформы прошлого царствования были ошибкой, что у нас было население спокойное, зажиточное… разные отрасли правительственной деятельности друг другу не вредили, правили местными делами агенты правительства под контролем других высших агентов той же власти, а теперь явилось разоренное, нищенское, пьяное, недовольное население крестьян, разоренное, недовольное дворянство, суды, которые постоянно вредят полиции, 600 говорилен земских, оппозиционных правительству». При назначении на пост министра внутренних дел на аудиенции у Александра III он прямо спросил императора: «Угодно ли будет Государю иметь министром человека, который убежден, что реформы прошлого царствования были ошибкой?»

Получив утвердительный ответ, Толстой разгромил радикальную и либеральную оппозицию и приступил к контрреформам. Действовал он, как всегда, энергично: за 1882—89 была раскрыта 251 нелегальная организация разной идеологической ориентации, осуждено по политическим мотивам 2851 чел. К концу 1880-х годов организованное революционное движение в России перестало существовать, прекратились террористические акты. В идеологическом плане народничество переживало разброд и упадок. Характерно, что некоторые бывшие революционеры, убедившись в бессмысленности своей борьбы и в том, что сама их борьба вредит исторической национальной России, перешли к защите православно-монархической идеи. Толстой нанес удар и по либерализму, закрыв 15 периодических изданий и запретив книги нескольких сотен наименований.

С началом развития капиталистических отношений в Росси по стране прокатилась волна стачек. Расследование причин их возникновения относилось к ведомству Министерства внутренних дел. Сохранились архивные материалы, отчетов министра внутренних дел Д.А. Толстого Александру III . 1885 г. февраля 11. Из доклада министра внутренних дел Д. А. Толстого Александру III о причинах скачек и волнений рабочих в Московской и Владимирской губерниях в конце 1884 и начале 1885 гг.

«Исследованиями местных властей по поводу происходивших в конце прошлого и начале нынешнего года беспорядков на некоторых фабриках в Московской и Владимирской губерниях выяснено крайне угнетенное положение фабричных рабочих. Заработок их все более и более уменьшается, с одной стороны под влиянием постепенного сокращения, даже вопреки заключенному договору, рабочего времени (иногда на целую треть в сравнении с прежним), а с другой - при посредстве нередко совершенно произвольных и весьма чувствительных штрафов, особенно за недоброкачественность выработанных изделий, происходящих часто не по вине рабочих, а исключительно вследствие чрезмерной экономии хозяев, которые приобретают низких сортов материалы, неудобные для хорошей обработки. благодаря штрафом, отчасти покрывающим недостаточность уменьшившиеся за последнее время хозяйские прибыли, заработок рабочих сокращается нередко еще на 40%. Если же принять во внимание общее падение цен на рабочие руки, (приблизительно на рабочие20% по сравнению с прошлом годом), а также непредвиденные перерывы работы вследствие задержек в выдаче материалов, переделок машин и т.п., то, естественно, рабочие часто поставлены не только вне возможности уплачивать повинности и содержать свои семейства, но даже нее могут заработать на свое личное пропитание, тем более, что последние в большинстве случаев неизбежно приходиться брать в кредит из лавок самих же фабрикантов, берущие за отпускаемые продукты иногда до 45% выше обыкновенных рыночных цен.

Последствием описанных порядков нередко оказывается, что рабочий вместо чистого дохода остается еще должен фабриканту, и сознание рабочими такого безвыходного положения, естественно наводит их на мысль обеспечить себя от дальнейшего произвола хозяев. Законное средство - право жалобы в суд - для них почти недоступно, отчасти за отсутствием формальных доказательств их правы, отчасти вследствие сложности процессуальных правил и невозможности ввиду больших штрафов за самодовольный прогул отлучиться с работы. Поэтому единственно пригодным в глазах рабочих является стачка и всякого рода насилия.

Такое положение дела, порождая с одной стороны, недовольство среди массы рабочего люда, а с другой стороны - приучая ее к самоуправству, может быть, по справедливости названо угрожающим для общественного порядка и спокойствия, предоставляя благоприятную почву к распространению противоправительственных замыслов, что уже и констатировано на Морозовской фабрике. Хотя возникавшие до этого беспорядки удавалось до этого своевременно прекратить, не прибегая к решительным мерам, но, тем не менее, самое пользование для это цели войском едва ли может быть названо нормальным средством восстановления нарушенного права, ибо не подлежит сомнению, что в глазах раздражённых современными условиями фабричной быта рабочих, военная сила является не для прекращения и предупреждение насилия и самосуда, а будто бы с целью защиты произвола фабрикантов и благодаря этому воззрению, несомненно, может пострадать и уважение к авторитету правительственной власти.

На основании вышеизложенных данных, озабочиваясь изысканиям способов к возможному устранению на будущее время фабричных забастовок и беспорядков, я полагал необходимым ныне же приступить к пересмотру действующих постановлений устава о фабричной и заводской промышленности в смысле упорядочения взаимных отношений фабриканта рабочих с тем, чтобы ввести в эти постановлении правила, кои, дополнив существующий закон определенными указаниями на права хозяев и рабочих, обеспечивал неуклонное выполнение теми и другими их обязанностей и открывали бы им более действительные способы к восстановлению нарушенных интересов. С это целью я входил в сношения с министрами юстиции и финансов, которые вполне согласились с моими по сему предмету воззрениям. Для начертание проекта указанных правил предложено образовать особую комиссию.»

Министерству внутренних дел в последний момент удалось сорвать покушение на Александра III. Остался следующий документ, представленный царю министром внутренних дел графом Д. Толстым от 1 марта 1887 г.
«В конце минувшего января месяца негласным путем была получена копия письма, отправленного неизвестным лицом из Петербурга в Харьков на имя студента Никитина. Между прочим, в письме автор говорит, что преобладающее ныне «социально-демократическое» направление его «не удовлетворяет», и единственно пригодное средство для борьбы есть «террор», «кажущееся же затишье» в партии — временное.

Опрошенный по сему поводу в Харькове студент Никитин, по предъявлении ему копии письма, заявил, что оно получено им от знакомого его студента Петербургского Университета Андреюшкина. По получении этих сведений 27 минувшего февраля, в Петербурге за Андреюшкиным (который уже ранее был замечен в сношениях с лицами политически неблагонадежными) было учреждено неустанное наблюдение, и вчера установлено, что Андреюшкин, вместе с несколькими другими лицами, ходил по Невскому проспекту, с двенадцатого до пятого часу дня, причем Андреюшкин и другой неизвестный несли под верхним платьем, по-видимому, какие-то тяжести, а третий нес толстую книгу в переплете. Сегодня утром те же лица (в числе шести) вновь замечены на Невском проспекте, при тех же условиях. Ввиду имевшихся за последнее время тревожных сведений, начальник Петербургского Секретного Отделения распорядился немедленно арестовать и обыскать этих лиц — задержанные оказались: Студент Петербургского Университета, сын казака Медведицкой станицы, Кубанской области, Пахом Андреюшкин, 20 лет, задержан на углу Невского и Адмиралтейской площади, при обыске у Андреюшкина оказался заряженный револьвер и висевший через плечо на шнурке с крючком овально-цилиндрический метательный снаряд, 6-ти вершков вышины, вполне снаряженный. Студент Петербургского Университета сын казака Потемкинской станицы, области Земли Войска Донского, Василий Генералов, 22-х лет, задержан вблизи Казанского Собора, по обыску у Генералова в руках оказался такой же снаряд, как у Андреюшкина. . Студент Петербургского Университета, Томский мещанин Василий Осипанов, 26-ти лет, взят также вблизи Казанского Собора: при нем отобрана вышеупомянутая толстая книга, листы которой снаружи оказались заклеенными, а внутренность наполнена динамитом.

Кроме того, арестованы еще три человека, которые вчера и сегодня гуляли вместе с названными лицами, а именно: студенты Петербургского Университета, сын Надворного Советника Канчер и дворянин Полтавской губернии Гаркун и Лубенский мещанин Волохов, прибывший, по его словам, недавно в Петербург для поступления в гимназию Гуревича. По обыску при этих лицах ничего преступного не оказалось. На предварительном допросе Генералов заявил, что он находился на Невском с метательным снарядом с целью «бросить его под карету Государя Императора».

«Откровенное показание» одновременно с ними арестованных сигнальщиков (Канчера и Горкуна) позволило жандармам быстро выявить участников террористической организации. Всего было арестовано в первые же дни марта 25 человек, а позднее еще 49 человек. Из нескольких десятков привлеченных к ответственности по делу 1 марта 1887 года были преданы суду 15 человек, Из этих обвиняемых 12 человек были студентами. Все подсудимые были приговорены к смертной казни, но особое присутствие Сената ходатайствовало для восьми подсудимых о замене смертной казни другими наказаниями. Александр III утвердил смертный приговор для пятерых осужденных.

За время своей верной службы России граф Дмитрий Андреевич Толстой был награжден многими российскими и иностранными орденами: Анны I ст., Белого Орла, Александра Невского и алмазами к нему, черногорского князя Даниила I за вклад в просвещение южных славян, Спасителя I ст. и Высшим орденом России Андрея Первозванного.

Смерть графа Д.А. Толстого была воспринята Александром III с большой печалью. «...Скончался бедный граф Толстой, — заносит император в свою памятную книжку 25 апреля 1889 г. — Страшная потеря! Грустно!»

Граф Д.А. Толстой хотел сделать из своего любимого Маковского имения «майорат» - земли не должны были делиться между наследниками после его смерти, все имении целиком – с господским домом, прудом, библиотекой и всем хозяйством должно было перейти одному из наследников. Должна была измениться и его фамилия, среди многочисленных графов Толстых ( граф Лев Николаевич Толстой приходился ему дальним родственником) должен был появиться граф Дмитрий Андреевич Толстой-Маковский (по названию села), так же Толстыми –Маковскими должны были именоваться и его потомки – владельцы села Макова. Однако это не суждено было сбыться, граф умер в Санкт Петербурге, не успев довести дело до конца, похоронен в любимом Макове.

Прошло почти полтора века со дня смерти графа, многие события забылись, многие здания разрушились, пруд зарос. Но любовь к Михайловской земле до сих пор объединяет графа Дмитрия Андреевича Толстого с современными жителями.

0
 
Разместил: Мелединский    все публикации автора
Состояние:  Утверждено

О проекте