Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Чернигов – русская земля, или о чем молчит каменная летопись.



Когда подчищают или прячут подлинные летописи, остаются другие – каменные летописи, которые через тьму веков несут свидетельство правды истории.

Чернигов – единственный древнерусский город, в котором сохранились пять домонгольских памятников архитектуры. Это храмы XI-XIII веков.

Среди них особое место занимает величественный Спасо-Преображенский (Спасский) собор XI века – древнейшее сохранившееся каменное здание Киевской Руси. Собор был заложен в 1031г. черниговским князем Мстиславом. В нем похоронены сам князь, его жена Анастасия, сын Евстафий, князь Святослав Ярославович и, вероятно, Игорь Святославович, герой «Слова о полку Игоревом».

Это без преувеличения город-музей под открытым небом. В Чернигове есть памятный знак: «Чернигову 1300 років». Установленный в 1992г. Хотя в 2007г. город отметил свое 1100-летие. Сколько же лет Чернигову, с недоумением спрашивают иные газеты.

Варяги называли Русь Гардарикой («страной городов»). Составитель Баварской хроники (предположительно 9 век; сохранилась в рукописи ХII века) указал на 230 городов у бужан, 318 – у дулебов, 70 – у валынян.

Чернигов – один из таких торговых городов, стоял на пути «из варяг в греки». Остается загадкой, когда возник, кем основан, как пояснить его название? Отдельные свидетельства о Чернигове есть у античных и византийских писателей. Четкое указание на уже существующий Чернигов и на его тогдашнее обозначение дает император Византии Константин II Багрянородный (Х век).

Император упоминает Чернигов, как пункт на торговом пути «из варяг в греки». Как связующее звено между славянами и руссами (варягами): «Славяне… рубят в своих горах моноксилы (однодеревки) и отпускают водой. У Киева их вытаскивают русы, оснащают и отправляют в путь по Днепру, морю, в Византию.

О торговом и военном значении Чернигова рассказывает Ипатьевский список «Повести временных лет» под 907 годом после победы над греками князя Олега. Здесь Чернигов стоит в одном ряду с древними городами и на втором месте после Киева, что указывает на место и значение Чернигова в событиях того времени.

Первым известным по имени (в летописях) черниговским князем был Мстислав – сын великого киевского князя Владимира – крестителя Руси.

В 1024г. Мстислав отвоевал у своего брата Ярослава Мудрого Чернигов и все левобережье Днепра и образовал обширное Чернигово-Северское княжество. В это время в Чернигове появляется уникальный памятник древнерусской письменности – первая русская энциклопедия «Изборник Святослава 1073 года». Это вторая по древности книга на Руси после Остромирова Евангелия (1056-1057гг.). Она включала в себя 383 статьи разных авторов по христианскому богословию, астрономии, ботанике, математике, грамматике, истории и т.п. Время появления «Изборника» относится к началу расцвета культуры Древней Руси и распространению грамотности среди всех слоев населения.

В Чернигове отливали свои собственные деньги – гривны, которые по весу были такие же, как и в Киеве, но другой формы. Они представляли собой продолговатые бруски из серебра весом около 200 граммов.

В 1239г. татаро-монгольская орда хана Батыя после недельной осады штурмом взяла Чернигов. Город был разграблен, разрушен и надолго приходит в запустение – к началу XIV века значительно уменьшились его размеры и число жителей.

Источники помогают прослеживать этническую историю Черниговской земли. Ранней этнической общностью, самой по себе неоднородной были здесь хазары и аланы.

Константин Багрянородный говорит о соседстве славян и руссов. «В лето 1631 (1023)… Мстиславу сущую в Тмутаракани (Керчь-Кубань) расселил по Левобережью Козары и Касоги (Черкесы-Черкасы)».

Прошли, возможно, и оставались по этим местам татаро-монголы, вторгались татары до Крыма. Летописи указывают на многие тюркские (или тюркскоязычные) общности берендеев, черных клобуков (вероятно не самоназвание), ковуев (они участвовали в походе Игоря на половцев (1185г.).

Все еще не до конца изученными остаются передвижения этнических общностей времен господства Литвы, Польши, войны времен Богдана Хмельницкого. Вероятными остатками, чьи корни утеряны, являются налитвины и полещуки. Ныне они практически растворились в славянской (русско-украинской) среде, но сравнительно недавно А. Куприн красочно описал их говор и нравы в знаменитой повести «Олеся».

Их трудно относить однозначно к русским, украинцам, белорусам, но их уверенно можно считать звеном славянского населения полесса и прилегающих областей России и белоруссии (фамилия «Полещук» встречается повсеместно).

Начало летописной истории Москвы имеет «Черниговский» след. Юрий Долгорукий, князь Суздальский, приглашает Святослава Олеговича, князя Новгород-Северского (Черниговская земля): «Приди, брать ко мне на Москов» (1147г. ).

В туристических проспектах посвященных Чернигову подробно излагают историю города до татаро-монгольского нашествия 1240г. После чего повествование сразу переходит к событиям освободительной войны, которую вел южно-русский народ против Речи Посполитой в XVII веке. Странно, а куда делись 400 лет истории города?

Выяснилось, что это секрет, ведь мало кто знает, что кроме отдельных непродолжительных периодов времени Черниговская земля оставалась в подданстве Русского государя. Как это могло случиться? Выяснилось, что история эта весьма поучительна и нынешним евроинтеграторам, чем могут обернутся их эксперименты.

РУСЬ ЛИТОВСКАЯ

Киевская Русь после нашествия окончательно утратила свое былое значение. После того как верховное право распоряжения киевским столом перешло к ордынскому хану, Киев перестал быть объектом борьбы. Власть над Киевом была передана Ярославу Всеволодовичу, а в 1249г. его сыну, новгородскому князю Александру Невскому. Но Александр не поехал жить в Киев, а предпочел объединить под своей властью новгородские и владимирское княжение (1252г.). Князь, признанный ордой «старейшим» на Руси, предпочел в качестве своей столицы Киев, а не Владимир.

В конце XIII столетия Киев утратил и роль резиденции митрополита всея Руси: в 1299г. митрополит Максим, «не терпя татарского насилья», ушел во Владимир. Киев лишился последнего атрибута «общерусской» столицы. В 20-е гг. XIV в. киевская земля попала в зависимость от Великого княжества Литовского (государства, сложившегося в XIII столетии и начавшего экспансию на западные и южные русские земли), а в начале 60-х гг. окончательно вошла в его состав.

В Черниговской земле во второй половине XIII столетия резко усиливается политическая раздробленность, формируется большое количество княжеств, управляющихся разными ветвями династии Ольговичей. Титул черниговского князя, главного князя земли, стал в значительной мере номинальным.

После нашествия татар Великое княжество Литовское предприняло ряд походов в целях подчинения юго-западных земель Московского государства. В 1248г. великий князь Литовский Миндовг напал на русские княжества и отодвинул свои владения на восток. Второе нашествие Литвы произошло в 1340г., когда Ольгерд захватил и калужские земли.

В 1372г. фактической границей между Московским государством и Литвой стала река Угра. Общий характер этого подчинения и владычества Литвы вплоть до XVI столетия нашел свое отражение в устном предании, которое жило в черниговской области еще в начале ХХ-го столетия: «Литва нас разорила», так говорили вспоминая давно прошедшие времена.

Русская земля распадалась на множество мелких и крупных политических миров, независимых друг от друга, и среди этих миров Московское княжество было далеко не самым крупным: Литовское княжество, по большинству населения Руси, и область Новгорода Великого были гораздо обширнее его. Раздробленная внутри Русская земля распадалась на две половины по своему внешнему политическому положению: юго-западная половина была под властью соединенных Польши и Литвы, северо-восточная – платила дань хану Золотой Орды. На всем пространстве где только обитала Русь, кроме Вятки, не было деревни, которая не находилось бы под чуждым иноземным игом.

В XIV веке, по сути было две Руси: Русь Литовская и Русь Московская. Что такое Литва того времени? О нем мало известно. Но уже в XIV в. оно объединяло в своем названии три элемента: Литва, жмудь, русские земли Русь. Затем слово «Русское» перешло на второе место после Литовского великое княжество Литовское, Русское и Жомойтское.

В период расцвета это княжество простиралось от Балтики до Черного моря, от границ Польши и Венгрии до Подмосковья (Можайск). 9/10 территории составляли древние русские земли. Не случайно противники усиливающейся в Москве центральной власти бежали в Литву.

Древнерусское население Литвы называло Русью свою державу. Люди считали ее наследницей Киевской Руси. В рамках Литвы Русь развивалась в соответствии со своими традициями. Княжества имели автономию.

Политическое и материальное положение Руси в составе Литвы было благоприятным. Продолжали развиваться города. К слову, официальным языком Великого княжества Литовского с XIV в. стал русский язык. Русские аристократы пользовались значительным влиянием при дворе Литовского Великого князя. Великое княжество Литовское сложилось как федерация отдельных земель и княжеств. Степень зависимости от центральной власти была различна. Формы этой зависимости определялись обстоятельствами вхождения и в большей степени или меньшей степени обеспечивали местному боярству и городам значительную автономию, неприкосновенность социально-экономических и политических структур.

Регулируя отношения с Литвой по поводу принадлежавших им владений, князья-присяжники заключали со своим верховным господином, каковым являлся польский король и великий князь Литовский, подробные договора.

Заключались они так, что в них участвовали, с одной стороны, польский король и великий князь Литовский (в одном лице), а с другой – несколько князей-присяжников совместно. Договоры были сходными по содержанию. Вот пример договора с коллективом князей: «Били мы челом королю Казимиру, чтоб принял нас в службу по докончанью дяди своего, Великого князя Витовта. Нам ему служить верно во всем, без всякой хитрости, и во всем быть послушными, а ему нас в чести держать и в жалованье, и в докончанье, как держал его дядя Великий князь Витовт. Поступать нам по королевской воле, а с кем он будет мирен – с тем и мы мирны, а с кем он не мирен, с тем и мы не мирны.

Королю и Великому князю нас защищать, как и своих. Нам без короля и Великого князя Казимира воли ни с кем в докончанье не вступать и никому не помогать. После смерти короля нам и детям нашим служить тому, кто будет на литовском престоле; если после нас не будет потомков, то нашей земле от Великого князя Литовского не отступать.

Королю или кто по нем будет на литовском престоле, в наши земли, которые за нами, ни у нас, ни у наших потомков, не вступаться. Когда мы помрем, то нашим детям король, а потом и его дети, должны дать такое же докончанье, как теперь, и держать по нем; если же при нашей жизни Божья воля станет над королем, то его дети, что будут на Литовском княжестве Великом, должны дать нам такое же докончанье. Если докончанье не будет дано, или по нем нас не будут держать, то с нас крестное целованье долой и нам воля. Суд нам с соседями по старине, а сопремся в суде, то положить все дело на короле».

Но возможность формирования на территории Великого княжества Литовского крупного русского государства окончательно исчезла в середине XV в., когда после междоусобной войны сын Ягайло Казимир стал одновременно великим князем литовским и королем польским.

Угроза полонизации и католизации населения высветила осознание общности русских людей на основе православия. Тогда же западные земли получили название Белая Русь.

Если в XIII и XIV вв. Русь со своими князьями не оказывала особенно упорного сопротивления Литве, которая освобождала ее от татарской неволи, и к концу XIV в. Литва и по составу населения, и по складу жизни представляла из себя больше русское, чем литовское, княжество.

Но в 1386г. литовский великий князь Ягелло (Яков), воспитанный в православии своею матерью, рожденной княжной тверской Юлианией, женился на наследнице Польского королевства Ядвиге и принял католичество. Этот династический союз Литвы и Польши завязал роковой для соединенного государства религиозно-политический узел. С тех пор началась при содействии польско-литовского правительства католическая пропаганда в Западной Руси. Пропаганда эта особенно усилилась во второй половине XV в., когда Литвой правил сын Ягелло Казимир IV.

Православное русское общество оказывало стойкое противодействие католическим миссионерам. В Западной Руси начиналось сильное брожение, «замятия великая» между католиками и православными. «Все наше православное христианство хотят окрестить, – писали оттуда, – за это наша Русь вельми ся с Литвою не любят».

Входя в состав Литовского великого княжества, князья и все население княжеств твердо держались православно-христианской веры. Литовцы же, побуждаемые воинствующей католической церковью, проявляли нетерпимость к православию в лице его духовенства и других представителей. Так, например, в 1465г. православный епископ Брянский Евфимий вынужден был удалиться с места своего служения в Москву вследствие преследовании со стороны католиков. Позднее, в 1500г., к Москве присоединились из-за гонений на православную веру князья Мосальские, Хотетовские, бояре Серпейские и Мценские (Мещовские). По той же причине присоединились к Москве Чернигов, Стародуб, Гомель, Любеч, Рыльск.

Все в совокупности вышеуказанные побудительные причины заставили выйти из состава Великого княжества Литовского и князей Воротынских. Уходя из литовского подданства все три князя только для «успокоения совести» извещали польского короля Александра, что «слагают с себя крестное ему целование».

Выход Воротынских из Литвы вызвал недовольство польского короля, Великого князя Литовского Александра. Он писал Иоанну III письмо с претензией. В ответ на упреки короля Александра Иоанн III через посла передал ему очень короткое сообщение. «Что служили тебе (такие-то) князья и они нонеча били челом нам служити и с отчизнами; и тебе бы то ведомо было».

Польский король Александр, зная силу Москвы, поспешил уступить в этом деле Иоанну III: 7 февраля 1494г. был заключен договор, по которому Великое княжество Литовское признало княжество Воротынское достоянием России, а спорные дела с князьями Воротынскими согласилось представлять на разрешение в Москву и на службу к себе этих князей не принимать. По договору 1508г. польский король Казимир окончательно утвердил за князьями Воротынскими их вотчины и отказался от всяких претензий на княжество. Этим и закончилось литовское владычество над Воротынском, не оставив по себе ни доброй памяти, ни культурных достижений или хотя их следов за все 116 лет обладания Воротынском.

Переходя в подданство Московскому государству, князья подчинили ему не только все те вотчины, которыми они владели ранее, но и те, которые получили от короля Казимира.

Для католического запада это было «сюрпризом». Там знали преимущественно Русь Польско-Литовскую, и многие даже не подозревали существования Руси Московской.

Еще в 1486г. некий немецкий рыцарь Поппель, странствуя по малоизвестным в Европе отдаленным краям, каким-то образом попал в Москву. Вид столицы неведомого Московского государства поразил его как политическое и географическое открытие. Воротясь домой, Поппель рассказывал германскому императору Фридриху III, что за Польско-Литовской Русью есть еще другая Русь, Московская, не зависимая ни от Польши, ни от татар, государь которой будет, пожалуй, посильнее и побогаче самого короля польского.

Увлекаемые религиозным движением, православные князья Западной Руси, еще не утратившие прежней самостоятельности в своих владениях под легкою властью великого князя литовского, начали один за другим приставать к Москве как к своему религиозному центру. Те из них, которые могли присоединиться к Москве со своими владениями по их близости к московским границам, принимали условия зависимости, выработавшиеся в Москве для добровольно поддавшихся удельных князей: они делались постоянными и подчиненными союзниками московского государя, обязывались служить ему, но сохраняли при себе дворы, дружины и не только оставались или становились вотчинниками своих владений, но и пользовались в них административными правами, держали свое особое управление. В такое положение становились передававшиеся Москве потомки св. Михаила черниговского, князья Белевские, Новосильские, Одоевские и другие. Примеру их последовали потомки Всеволода III, князья черниговский и новгород-северский, сын Ивана Андреевича можайского и внук Шемяки. Отцы их, когда их дело в борьбе с Василием Темным было проиграно, бежали в Литву и там получили обширные владения по Десне, Семи, Сожу и Днепру с городами Черниговом и Новгородом-Северским. Отец одного и дед другого были злейшими недругами Василия Темного, своего двоюродного брата, а сын и внук, стоя за православие, забыли наследственную вражду и стали подчиненными союзниками Васильева сына.

Иван III два раза воевал со своим литовским соседом великим князем Александром, сыном Казимира IV. Обе войны вызваны были одинаковым поводом – переходом мелких князей Черниговской земли на московскую службу.

В 1503г. было заключено перемирие между Иваном III и великим князем Литовским, признавшим за Иваном права на владения Черниговом, Брянском, Путивлем, Гомелем и большей частью смоленских и витебских земель.

Чернигово-Северская земля осталась в составе России.

ОБЬЕДИНИТЕЛЬНАЯ ИДЕЯ

Разрыв русской народности на две половины, юго-западную и северо-восточную, удельное дробление последней, иноземное иго – эти неблагоприятные условия едва ли могли содействовать прояснению мысли о народном единстве Руси, однако были способны пробудить или поддержать смутную потребность в нем, и о стремлении к политическому единству на народной основе.

В Новгороде московская партия состояла преимущественно из простонародья с несколькими боярами, стоявшими во главе его; эта сторона ищет управы на своевольную новгородскую знать у московского великого князя. В княжеской Руси, напротив, высшие служилые классы общества тяготеют к Москве, соблазняясь выгодами службы у богатого и сильного князя. Так, в Твери еще задолго до последнего удара, нанесенного ей Москвой, местные бояре и рядовые служилые люди начали переходить на московскую службу. Когда Тверь заключила союз с Литвой, многие тверские бояре и дети боярские стали покидать своего князя и толпами переходить в Москву; даже два тверских удельных князя перешли тогда на московскую службу.

То же самое явление повторилось и в другом великом княжестве – Рязанском. Сами местные общества начинают открыто обращаться к Москве, увлекая за собой и свои правительства или увлекаемые ими. Благодаря этому тяготению московское собирание Руси получило иной характер и ускоренный ход. Теперь оно перестало быть делом захвата или частного соглашения, а сделалось национально-религиозным движением. Достаточно короткого перечня территориальных приобретений, сделанных Москвой при Иване III и его сыне Василии, чтобы видеть, как ускорилось это политическое объединение Руси. С половины XV в. и вольные города со своими областями, и княжества быстро входят в состав московской территории.

В княжение Иванова преемника присоединены были к Москве в 1510г. Псков с его областью, в 1514г. – Смоленское княжество, захваченное Литвой в начале XV в., в 1517г. – княжество Рязанское.

Завершение территориального собирания северо-восточной Руси Москвой превратило Московское княжество в национальное великорусское государство и таким образом сообщило великому князю московскому значение государя всея Руси. Посол Литвы жаловался в Москве на то, что московский государь захватывает вотчины у Литвы, на которые он не имеет никакого права. Московское правительство возражало на эту жалобу: «Короли венгерский и литовский объявляют, что хотят стоять против нас за свою вотчину; но они что называют своей вотчиной? Не те ли города и волости, с которыми русские князья пришли к ним служить или которые наши люди у Литвы побрали? Папе, надеемся, хорошо известно, что короли Владислав и Александр – вотчини Польского королевства да Литовской земли от своих предков, а Русская земля – от наших предков из старины наша вотчина. Папа положил бы себе то на разум, гораздо ли короли поступают, что не за свою вотчину воевать с нами хотят». По этой дипломатической диалектике вся Русская земля, а не одна только великорусская ее половина объявлена была вотчиной московского государя. Это же заявление повторено было Москвой и по заключении перемирия с Александром в 1503г., когда литовский великий князь стал жаловаться на московского за то, что тот не возвращает ему захваченных у Литвы земель, говоря, что ему, Александру, жаль своей вотчины. «А мне, – возражал Иван, – разве не жаль своей вотчины. Русской земли, которая за Литвой, – Киева, Смоленска и других городов?».

Во время мирных переговоров в 1503г. Иван Ш объявлял, что у Москвы с Литвою прочного мира быть не может, пока московский князь не воротит своей отчины, всей Русской земли, что за Литвой, что борьба будет перемежаться только перемириями для восстановления сил, чтобы перевести дух. Эта мысль о государственном единстве Русской земли из исторического воспоминания теперь превращается в политическое притязание, которое Москва и спешила заявить во все стороны как свое неотъемлемое право.

Поэтому точнее всего будет определить Киевскую Русь как совокупность многих княжений, объединенных одной династией, единством религии, племени, языка и народного самосознания. Это самосознание достоверно существовало: с его высоты народ осуждал свое политическое неустройство, осуждал князей за то, что они «несли землю розно» своими «которами», т.е. распрями, и убеждал их быть в единстве ради единой «земли Русской».

И единство это должен блюсти православный государь – помазанник Божий. Иван III решившись заступиться за притесняемых Литвой князей, исходил из сущности верховной власти, ее основания, происхождения и назначения. Идея государственного объединения всей Русской земли, задача, свыше возложенная на московского государя и в этом залог народного блага.

ОТКРЫТЫЙ ВОПРОС ИСТОРИИ

Одним из последствий смуты было, то, что по деулинскому миру ослабленная Россия уступила Черниговщину Польше. Продолжился процесс окатоличивания местного населения: в костелы превращаются древние Борисоглебский и Успенский соборы. В 1648г. поляки были изгнаны из города в ходе освободительной войны 1648-1654гг.

В 1649г. по Зборовскому договору Чернигов включается в число городов, подчиненных гетману Богдану Хмельницкому. Образуется Черниговский полк.

В 1654г. Ян Казимир продолжал именовать себя великим князем Черниговским. Но судя по документам, все тяжбы решались обращением к Путивльскому и Севскому воеводам. И еще более характерный пример. Севский воевода сообщает в Посольский приказ (в Москве): «В Чернигове казачьи полковники говорили: «… гетман де Богдан Хмельницкой, и они де, полковники и все казаки просят и молят… великаго государя царя и великаго князя Алексея Михайловича всея Руссии, чтобы пожаловал велел их, казаков, принять под свою пресветлого царевого величества высокою рукою в вечное холопство, а они де, казаки, ему, праведному государю, вседушно рады служить до конца дней живота своего» (июль 1653г., то есть еще до Переяславской рады)».

А. Ноткин, единственный из доступных нам авторов, сообщает о раде в Чернигове (28 января 1654г.), присягнувшей на верность России, 28 января все 1078 жителей города присягнули на верность московскому царю.

Черниговский полк присутствовал на Переяславской раде, но зачем-то черниговцы, пусть и вслед за Переяславской радой, но в присутствии того же русского посла боярина Бутурлина принесли присягу отдельно. На одной из стен Спасо-Преображенского собора сохранился открытый фрагмент старинной кладки и табличка: «В этом соборе 28 января 1654г. черниговцы единогласно утвердили историческое решение Переяславской Рады о воссоединении Украины с Россией».

Такое историческое взаимное притяжение разделенного народа чувствовали и русские старообрядцы, уходя от гонений они оседали главным образом на Стародубье (Черниговщина) и в Чугуеве (Слобожанщина), считая эти земли исконно своими, русскими.

Черниговцы были и среди переселенцев на Слобожанщину. Якова по прозвищу Черниговец называют первопоселенцем места, где возникла Балаклея (тогда Новый Серпухов).

Черниговцы, как и харьковцы, были среди тех, которые осваивали Дальний Восток в начале 20 века. Черниговка там расположилась неподалеку от Чугуевки.

Две тысячи лет назад Лукиан из Самосаты учил «как надобно писать историю» (точнее сказать, сочинять историографию). Свежим и поныне выглядят его слова: «Нет человека, который не писал историю – дело совсем легкое, простое и доступное каждому…».

Но кроме летописей остались немые свидетели – летописи каменные они не врут и явно видно – стиль церковной архитектуры старого Чернигова, тот же что и в древних городах северо-восточной Руси, а теперь распространен на огромной территории от Курил до Карпат.

Не подлежит сомнению – юбилей Чернигова еще раз подчеркивает духовное единство Украины с Россией. Ведь даже площадь в Чернигове почему-то называют красной.

Не это ли напоминание борьбы, которую вел город с Литвой и Польшей, чтобы остаться частью русского мира.

Семен Авербух

Сегодня.ру

0
 
Разместил: admin    все публикации автора
Изображение пользователя admin.

Состояние:  Утверждено

О проекте