Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Многие редакторы действуют по принципу: что хочу, то и ворочу



На примере своей редакции хочу рассказать о том, как складываются порой отношения журналистов с руководителями газеты, и к чему это приводит. Похожие процессы происходят во многих небольших по численности населенных пунктах. Об этом убедительно и правдиво написал корреспондент кадуйской газеты Михаил Илясов. Жаль, что здравомыслящие люди все чаще выбирают путь ухода из профессии.

Жизнь в отсеке

Мой стаж в редакции – 16 лет. В профессию пришла неспроста: мечтала с детства. Перед глазами был пример родителей, оба они работали в районной газете. Можно сказать, были фанатами своего дела, и эту страсть передали мне. Вместе с мамой ездила по летним дойкам, и все люди труда были в моих глазах героями. С папой делала фотографии и любовалась одухотворенными лицами лесозаготовителей. Писала о школьной жизни сама. То было время энтузиастов, соцсоревнований, национального подъема.

Время учебы в университете и первые годы в редакции пришлись на беспокойные 90-е годы. Не понимала, почему родители так настойчиво отговаривали меня поступать на журфак. А для меня эта профессия была обрамлена в розовый ореол. Однокурсники строили фантастические планы и проекты дальнейшей карьеры на телевидении, в престижных изда­­ниях. Преподаватели сочувственно качали головами: «М-да, районка…» Я скромно помалкивала. К тому времени у меня уже была семья, и мыслей уезжать из села не возникало.

Парабель, наш районный центр, находится от Томска в 400 км. Кругом – тайга и болота, бездорожье. Население района – чуть более 13 тысяч, в самом райцентре – 7 тысяч. Жизнь в отсеке.

Вот мы что-то делаем, пишем. Можно сказать, работаем на совесть, исходя из личного жизненного опыта, гражданской позиции, в интересах территории. Официально цензуры нет, с властью сложились деловые отношения, и каких-либо особых трений не возникает. Глава района – молодой, демократических взглядов, его команда – работо­способная, есть нацеленность на результат.

Но всегда ли журналист может говорить то, что думает, то, что интересует людей? Понятно, что нет. Есть темы, подходить к которым можно только в духе небывалого оптимизма (жить стало лучше, жить стало веселей) – это издержки большой политики. Еще один прием – замалчивание проблем. Знаете, как о покойнике: или хорошо, или ничего. Прежде, чем написать что-либо, всегда приходится думать, не отразится ли это на всем коллективе. Таким образом, журналист превращается в ремесленника. Плачевно, но факт.

Корабль без капитана

На моем веку сменилось четыре редактора, последний из которых – человек со стороны. На очередных выборах редактор решил пойти в депутаты районного уровня. Коллектив поддержал, т.к. посчитал, что человек, знающий наши проблемы и чаяния, в Думе будет последовательно отстаивать инте­­ресы редакции. Что ж, все задуманное свершилось. А так как мы попали на волну реформы местного самоуправления, редакция обрела и отчасти экономическую независимость. МУП трансформировалось в АНО. Имущество было передано в аренду. С администрацией работаем по договору об информационном обеспечении, и денег при хороших отношениях на зарплату хватает. Правда, зарплата оставляет желать лучшего (журналисты получают, в среднем, по 10 тысяч рублей вместе со всеми надбавками и гонораром).

В учредителях – три человека из редакции, директор – главный редактор. О чем, казалось бы, еще мечтать? Конкурентов нет, заработанные на рекламе деньги можно вкладывать на развитие и на стимулирование труда журналистов, полиграфистов, их обучение и продвижение. Но с последними пунктами, увы, большие сложности. Верно подмечено: если хочешь узнать человека – дай ему власть. Редактор добился своего: обрел личную свободу. Командировки в город, на семинары, юбилеи, раскрутка собственного имиджа… А коллектив? Плевать, что кто-то хочет учиться и расти в профессиональном плане. И зачем коллегиально обсуждать важные для редакции вопросы, когда можно все решить волевым решением?

Как тут не превратиться в болото? Откуда взяться «золотым перьям»? Вот так и живем: корабль без капитана, капитан без корабля. Попытки достучаться значимых результатов не дают. Команда – это партнеры, выполняющие общее дело, а партнерство предполагает доверительные отношения и уважение интересов друг друга. Только став командой, можно совершить прорыв на новый качественный уровень. Как не понимать прописных истин?

Общение с коллегами из других регионов подтверждает: безграничная власть отдельных редакторов (информационные ресурсы, деньги и т.д.) становится массовым явлением. И действуют они по принципу: «Что хочу – то ворочу». Контроля-то как такового нет. Инициативы не приветст­вуются, подобострастие и лесть – да. Строптивых можно наказать рублем, а то и просто уволить, кто тому помеха?

Газета наша на фоне других районов выглядит более чем достойно. Мало того, она вошла в тройку лучших по Сибирскому федеральному округу по итогам конкурса «СибирьПРО». Впервые за время своего существования мы добились столь высокой победы. И это – результат общих усилий всего коллектива, в том числе и моего непо­­средственного участия. Победа принесла не только моральное удовлетворение, но и весомую сумму в общую копилку редакции. Но ведь так и не удалось вывести редактора на разговор, как потратить эти деньги с умом: на обучение кадров, повышение квалификации персонала, на премии сотрудникам.

Не время почивать на лаврах. Надо идти дальше: создавать собственную электронную версию, свой сайт, активно сотрудничать с областными изданиями, расширяя информационное поле и вливаясь в единую информационную сеть. Для этого надо учиться, осваивать интернет, естественно, электронные ящики должны быть у каждого журналиста, а не только у редактора.

С такими вдохновенными мыслями я ехала в мае 2008 года домой из Москвы, где проходила конференция по вопросам сотрудничества СМИ, общества и власти. Предлагаю редактору внедрять новые подходы по подготовке материалов журналистами, активизировать обратную связь с аудиторией, сделать газету площадкой для диалога между властью и обществом, разработать стратегию развития газеты, обсудить вопросы сотрудничества с районной властью, послать кадры на курсы повышения квалификации, на что слышу равнодушное: «Зачем нам это? У нас и так тираж хороший. А что ты привезла из Москвы, выкладывай!» Я – в недоумении: что выкладывать? Мысли, идеи – они вам, по всей видимости, не нужны, а если речь о чем-то материальном, то организаторы конкурса подарили финалистам возможность общения и обмена опытом с коллегами из других регионов, оплатив и проезд, и проживание. Есть еще диплом «За принципиальную журналистскую позицию», для меня это высокая награда. Предлагаю прочесть книгу Владимира Касютина «Живая газета». Ответ: «Книга – хорошо, но ее можно было купить…»

Что тут скажешь? В психологии существует термин «эффект сеппуку». Сеппуку – ритуальное самоубийство, которое совершал самурай в Японии, чтобы избавиться от позора. В нашей жизни недальновидные руководители ежедневно вызывают у подчиненных эффект сеппуку: при любой атаке на предложения частично умирает радость, которую дает труд, уменьшается готовность делать что-то важное для общего дела.

Итог такой политики далеко искать не надо.

Берешь местные газеты отдельных районов – и плакать хочется: перепечатка рецептов, официальщина. Болото! И ведь всех устраивает. И власть (которой, видимо, сказать нечего), и читателей («За что люблю районку – так за программу ТВ»). И мы туда же катимся?

Пишущий – значит, невыездной?

Не раз порывалась уйти из редакции. В наших условиях – из профессии. Но внутренний голос тормозит: «Это твое». И когда есть результаты – кому-то удалось помочь, получилось донести до читателей что-то важное, и у тебя нашлись единомышленники – понимаешь, усилия – ненапрасны. Однако угнетает потребительское отношение к кадрам. В среде газетчиков есть термин «пишущий». «Пишущие» в провинции были всегда на вес золота, коллеги постарше говорили: «Журналист – товар штучный». В наше время этот термин носит явно нарицательный оттенок. Пишущий – значит, невыездной, пишущий – значит, не видать тебе повышения по служебной лестнице. Учиться хочешь? А кто работать будет? Инициативы свои оставь при себе. А то еще ярлык навесят – строптивая…

Уходит старое поколение журналистов, а кого ждать на смену? «Зачем стараться, к чему-то стремиться, если нет никаких перспектив на службе?» – спрашивает меня молодая коллега, у которой пока не погас интерес к профессии журналиста. Вздыхаю: «Чтоб стать хорошим специалистом».

Пресса как четвертая власть в современных условиях изжила себя. Здесь, на местах, при внешней независимости, давление может оказать каждый, кто облечен какой-либо властью. Один из наглядных примеров: обиделся авторитетный депутат из системы здравоохранения за опубликованное письмо читателя, и, в результате, урезали финансирование газеты, что незамедлительно отразилось на зарплате. Пострадал не редактор, а весь коллектив. Нет того самого чувства защищенности, которое должен обеспечить капитан. Журналист-районщик – самое уязвимое звено в общей информационной цепи.

«Доктор, я жить буду?»

Местная пресса в малых населенных пунктах, как ни крути, не может быть экономически независимой. А долговечен ли союз с властью на основе только хороших отношений? Жизнь подкидывает проблемы, коллизии, в которых журналисты все рав­­­­но должны разбираться. И конфликты – неизбежны.

Как в этих условиях обеспечить жизнестойкость районных газет? Выход я вижу в том, чтобы государство взяло на себя их полное или частичное финансирование. Тогда о проблемах территорий можно будет писать более свободно, это раз, и оценить работу на местах, проконтролировать действия муниципалитетов «сверху» будет проще: взял районку, прочитал о болевых точках, о том, что делает (или не делает) по их устранению местная власть, и сделал соответствующие выводы.

Одним из ключевых направлений в государственной информационной политике должна стать подготовка кадров для местной прессы, мотивация журналистов. Нельзя допускать, чтобы непрофессионализм и самодеятельность среди редакторов стали нормой.

Всегда искала сильных и успешных людей для своих публикаций, красной строкой в которых проходила мысль: «Всяк кузнец своего счастья». Трудности закаляют. Ищи свой путь! Не все так безнадежно!

В условиях, казалось бы, безнадежных (кто жил в глубинке, тот знает), удается прорваться к свету. За последние полгода – победы в престижных конкурсах областного, межрегионального и всероссийского масштаба. Это возможность выезжать и встречаться с новыми людьми для обмена опытом. Но находится человек, берущий на себя роль Бога, и говорит: «Нам это не надо. Нам это не интересно». Неужели и правда: никому ничего не надо? Ни родной газете, ни району?

Вот в таком подвешенном состоянии я сейчас и нахожусь. Сорвана поездка в Москву на фестиваль российских СМИ «Система ценностей», куда я была приглашена как участник конкурса. Думала, мне, провинциальному журналисту, самым сложным окажется пробиться на Всероссийском конкурсе. А вышло: «Никому это не нужно!» – эти слова звучат, как приговор, не только мне, журналисту, но и местной прессе вообще.

И уж простите за пессимизм, но будущее малых газет мне на сей момент видится в черных красках. Как в том анекдоте: «Доктор, я жить буду?» – «А смысл?»

Как бы хотелось верить в то, что не все еще потеряно…

P.S. Когда этот материал уже был подготовлен к печати, редактор волевым решением понизил меня в должности.

Оксана КОНСТАНТИНОВА, заместитель редактора газеты «Нарымский вестник»

Томская область

Полная версия статьи на сайте Журналист

4
Рейтинг: 4 (1 голос)
 
Разместил: almakarov2008    все публикации автора
Состояние:  Утверждено

О проекте