Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Все животные равны, но некоторые равнее, чем другие



Логические законы в тексте

Словосочетание «логический закон» у молодых журналистов обычно вызывает нечто вроде оскомины. А зря: осознаем мы это или нет, но коммуникация держится на логике. Знание ее законов дает редактору систему критериев оценки текста с точки зрения адекватности авторского мышления и изложения и, следовательно, прогноза того, будет ли он правильно понят. Сегодня речь о двух из них – законах тождества и противоречия.

В огороде бузина…

Так обычно говорят, если в тексте нарушен закон тождест­­ва. Это закон, который сле­­­­­­дит за смысловым единством тек­­­­ста – той самой красной нитью мысли, которая должна проходить через все произведение. Наверняка, многие из вас, уважаемые читатели, со студенческих времен помнят формулу: «А равно А». Это про закон тождест­­ва. С русского на русский ее переводят следующим образом: «Каждая мысль, повторенная в тексте, должна иметь определенное, устойчивое содержание». А от лица редакторов добавим: «Кроме того, тема текста должна легко формулироваться в словосочетании или одном простом предложении». Коли все это наличествует – редактору повезло (конечно, если сам он не промах). Коли нет – разбираемся, где собака зарыта.

А зарыть ее «умелый» автор может на уровне текстовых отношений логических имен – названий упомянутых в тексте жизненных реалий. В логике и редактировании выделяется несколько типичных случаев нарушения их смыслового тождества.

Едва ли не чаще всего приходится сталкиваться со смысловой неясностью, размытостью значения имени в тексте. Если имя какое-нибудь не слишком важное – это плохо, но не смертельно, а если центральное, то текст понимай, как хочешь: «Вкус на грани возможного» (это, оказывается, про жевательную резинку); «Дачники в шоке: теперь месячный абонемент до Сиверской, например, стоит свыше 600 рублей против 400. Билет для школьника в один конец этой курортной зоны обойдется в 96 рублей» («АИФ в Петербурге»). Куда за эти деньги поедем и откуда – неведомо.

Обратите внимание не только на такие русско-нерусские формулировки, но и на образные обороты: «Уссурийский тигр – это наша георгиевская лента, только с зубами» (о фирменном знаке очередной политической партии); «Произошло прозрение народа. Это духовный атомный взрыв» («КП»); «Лукашенко встает в античную позу: отечество в опасности». («Зеркало»). Интересно, в какую именно? Мне почему-то представляется поза страуса – головой в песок. Часто грешат туманностью формулировки, иностранными словами: «Результатом этнографической экспедиции стали шесть дисков с редчайшими записями аутентичного фольклора». («АИФ в Удмуртии»). Наконец, проверьте на предмет необходимости в тексте терминологию и по возможности обходитесь без нее, а если без умного слова, ну, никак – то позаботьтесь о том, чтобы оно было адекватно истолковано, иначе получите нечто вроде: «Брифинг команд – этакий костюмированный сбор на заданную тему – проходил в парке »Прибрежном« в Новом городе» («АИФ – Нижнее Поволжье»). Вы что-нибудь поняли? Я нет.

Массу удовольствия доставляют аудитории и двусмысленности, не предусмотренные автором: «Готовься много вы­­­­­нести», – предлагает реклама магазина «Икея». Вот спасибо! Мне и без «Икеи» проблем хватает.

Второй тип авторско-редакторских «залепух», нарушающих закон тождества на уровне логики имен, – это подмены их содержания при повторном упоминании имени в тексте: «На Урале планируется создать новый воздушный промышленный флот, состоящий из дирижаблей. Эти мощные аэростаты должны будут доставлять специалистов и грузы на новые месторождения» («КП»). Редактору достаточно было заглянуть в любой толковый словарь и убедиться, что дирижабль – не любой аэростат, а лишь управляемый, движущийся.

Журналист, подыскивая си­­­­­но­­­­­­­нимы или перифразы, руководствуется благой целью – избежать повторений и неизбежной в этом случае стилистической монотонности текста, но забывает о смысловом тождестве таких замен: «Последний раз такое крупное нашествие саранчи на эту бедную восточноафриканскую страну наблюдалось в 1967 году. Кузнечики тогда уничтожили более 90% всей зеленой растительности на полях» («Дни»). Что было у автора и редактора в школе по биологии? А ведь достаточно было добавить несколько слов: эти прожорливые кузнечики- переростки, сбившиеся в стаи… – и далее по тексту.

Проверяя текст на предмет соблюдения закона тождества, обратите внимание и на связи имен, связи должны быть однозначными. Иначе и до курьеза недалеко: покупая овощи-фрукты, обращайте внимание, чтобы они были целыми, без повреждений. В таких плодах начинается окислительный про­­­­цесс («КП»). А также проверьте соот­­­ветст­­вие понятия его толкованию. Неточность последнего сама по себе нарушает закон тождества, но, кроме того, делает неясными и имена, связанные с определяемым в общей классификации: «Стулья – сиденья со спинками – изобрели египтяне. В те времена ими пользовались лишь фараон и его приближенные. В домах бедняков сидели на круглых чурбаках или на стульях со спинкой, которые вырубали прямо из стволов деревьев» (рекламный проспект мебельного магазина). Из-за неточного, неполного определения понятия «стул» непонятно, чем отличаются стулья фараонов от стульев бедняков. И если последние сидели все-таки на стульях, то чем пользовалась знать? А ведь нужно-то просто уточнить понятие: «Стулья изобрели египтяне. Но этим предметом мебели в современном понимании, т.е. сиденьями со спинками и ножками, в те времена пользовались лишь фараон и его приближенные. В домах бедняков сидели на чурбаках без спинок или со спинками, вырубленными из ствола дерева».

Второй логический уровень текста, нуждающийся в пристальном контроле редактора с точки зрения соответствия закону тождества, – это уровень суждений. Только помним, что им в тексте может соответст­вовать не только грамматическая основа простого предложения: «Аз есьм царь», но иногда и сложное: «Вот дом, который построил Джек», и словосочетание: «Склоняющееся солнце» – с точки зрения логики то же, что «Солнце склоняется». Вопрос на засыпку. Сколько суждений в предложениях: «Белорусский народ будет жить плохо, но недолго» (А. Лукашенко) и «Мне нужна неограниченная власть в соответствии с конституцией» (К. Титов)? Ответ: в первом – два, во втором – три.

Теперь о бренном. Для начала от­­­­­­ветьте на вопрос, достигнуто ли тематическое единство текста, соответствуют ли рамочные эле­­­­менты полосы и самого текста: шапка, рубрика, заголовок, лид, врез, концовка – содержанию всего текста, а подзаголовки, буде таковые имеются, – фрагментам, названным ими. По смыслу каждый рамочный элемент должен соотноситься с содержанием всего текста или его фрагмента (последнее – о подзаголовках). В погоне за красным словцом мы нередко забываем об этих хрестоматийных требованиях.

Я был на двух концертах, но на один не попал

Противоречия – типичная причина непонимания между автором и читателем. Таковые возникают, когда автор нарушает закон, который так и называется, – закон противоречия: «Не могут быть одновременно истинны некое суждение и его отрицание». Выявляются такие нестыковки в изложении путем сопоставления между собой повторяющихся или связанных по смыслу высказываний текста, а также того, что не сказано, но из сказанного следует.

В редактировании противоречия подразделяются на явные и неявные, контактные и дистантные.

Контактные противоречия остаются в тексте, как правило, потому, что редактор готовил публикацию, не приходя в сознание. По крайней мере, в профессиональное. Согласитесь: сопоставить по смыслу два соседних высказывания несложно. Но оказывается, по версии программы «Время»: «Абсолютный температурный рекорд в Москве был побит впервые. Предыдущий рекорд был побит в 1989». Перед вами, господа читатели, пример контактного явного противоречия, которое обнаруживается между двумя взаимоотрицающими суждениями текста. Немного сложнее, но тоже вполне по силам каждому обнаружить противоречие между высказыванием текста и выводом, который мы делаем из соседнего высказывания: «Для простоты я буду называть максимальные сроки заключения. Допустим, кража с незаконным про­­­­­­­­­никновением в жилище. Угроза жизни есть? Нет. Зато срок – от двух до шести лет» (из формулировки от двух до шести лет следует, что она не максимальная). Единственное, что необходимо редактору для «лечения» материала, – читать его вдумчиво, внимательно и с начала до конца. И, как советовал товарищ Саахов в «Кавказской пленнице», «тарапица нэ надо».

Несколько сложнее обнаружить дистантные противоречия. Для этого надо держать в уме все сказанное в тексте ранее. И чем больше расстояние между отрицающими друг друга высказываниями, тем труднее это сделать: память подводит. Но, читатель, в отличие от редактора, противоречие обнаружит. Можете убедиться в этом, и простите за неизбежные сокращения: «Его отец, чиновник среднего ранга, с трудом смог выплачивать необходимые суммы для обучения сына в гимназии (…) По свидетельству бывших гимназистов, которым так или иначе приходилось бывать в домах своих учителей, жили они несравнимо состоятельнее, чем педагоги нынешних школ. Каждый снимал квартиру больше, чем в четыре комнаты, имел кухарку, мог обучать своих детей в частной гимназии (…) Так вот, уровень жизни учителя той поры был на уровне среднего чиновника губернского города» («Коломна»). Удивительное – рядом.

Причина противоречий не только в авторской спешке и редакторской невнимательности (о непрофессионализме и не говорим). Нередко подводит тяга к прекрасному – желание выразиться покрасивее: «Несмотря на то, что все билеты реализованы не были, такого аншлага Лужники не знали» (МК). Что делать? Во-первых, подумать, не могут ли противоположные высказывания относиться к разным ситуациям, например к разному времени. Коли так, то верны могут быть оба (например, Россия – монархия, но в 19 веке, и Россия – президентская республика, но в 21 веке) и надо убрать иллюзию противоречия. Во-вторых, если вы имеете дело все-таки с настоящим противоречием – выберите из двух взаимоисключающих суждений истинное и ориентируйтесь на него при правке.

Красное словцо – отдельная тема. Чаще, независимо от того, что мы хотим, получается как всегда: «Количество переходит в качество. Т. е. в нашем случае изобилие колбасных изделий привело к их качеству со знаком минус» («Московия»). А иногда и так: «Все животные равны, но некоторые равнее, чем другие». Это уже из области высшего пилотажа. Но чтобы проделывать такие кульбиты со словом, надо знать, что, как и зачем нарушать.
Татьяна СУРИКОВА

Журналист

5
Рейтинг: 5 (1 голос)
 
Разместил: almakarov2008    все публикации автора
Состояние:  Утверждено


Комментарии

Елена Сафронова
Наверное, стоит пояснить, что фразу "Все животные равны, но некоторые животные равнее других" придумал не журналист, а писатель Джордж Оруэлл. Ею как логическим финалом заканчивается роман "Скотный двор". В контексте романа фраза дейсмтвительно "из области высшего пилотажа", но не с интонациями упрека, а с оттенком восхищения - превосходно придумана!..

Вообще, статья верная, умение четко изъясняться нужно журналисту столь же, сколь и грамотность, но контекст - дело настолько тонкое, что чуть ли не каждый приведенный пример надо рассматривать не вырванным из текста, а в его составе. Возможно, в полной статье все акценты расставлены так, что "белых пятен" не остается...

О проекте